2000
апрель
№5 (9)

Каждый выбирает для себя
Женщину, религию, дорогу,
Дьяволу служить или пророку —
Каждый выбирает для себя.
Юрий Левитанский

К 55-ЛЕТИЮ ВЕЛИКОЙ ПОБЕДЫ
ПРАЗДНИК СО СЛЕЗАМИ НА ГЛАЗАХ

...ОН ДОЛГ СОЛДАТА ВЫПОЛНИЛ СПОЛНА!

Из письма с фронта лейтенанта пулеметного батальона, замполита Самуила (Сени) Исаевича Исерова родителям в Москву 15.11 43 г:

Самуил Исеров с воспитанниками
«Здравствуйте, дорогие! ...Печальная весть постигла меня о родных Ани, которые пали от рук извергов, это нас, воинов, заставляет еще больше мстить и мстить. Получил от Ани письмо, оно полно страданий...»

     ... На фото семья Ани (жена Самуила Исерова).
В центре мать — Ольга Лагман с детьми. Слева направо: Софья, Анна, Белла, Савелий.
     Вся семья погибла в Дробицком Яре. Осталась в живых только Анна, которая с сыном Юрием была в эвакуации.
     После освобождения Харькова Анна с сыном возвратились в Харьков. Сейчас Юрий Самуилович Исеров почти вдвое старше, чем был его отец, погибший в 1944 г. в боях в Прибалтике. Он принес нам в редакцию фотографии трагически погибшей семьи своей матери, фронтовые письма отца и свои стихи, которые мы публикуем ниже:
Память
У Памяти безмерна глубина.
Десятилетья в Лету уплывают,
но не сотрется в памяти война,
которую Великой называют.
Великою от горя и потерь,
Великою от плахи до погоста.
У Памяти всегда открыта дверь
для черных дней лихого Холокоста.
О, Украина, в памяти твоей
во все века, как боль, как Божья кара
нашествия, погромы прошлых дней
и ужас Бабьего и Дробицкого яра…
И эту боль не сжечь, не замолчать.
У Памяти в достатке мавзолеев.
У Холокоста вечная печать —
могилы всех замученных евреев.

Почтовый треугольник у дверей.
Он и сегодня память воскрешает:
передний край, и мой отец — еврей
свой батальон в атаку поднимает!
За храбрость — боевые ордена.
Прости-прощай родимая сторонка...
Он долг солдата выполнил сполна,
а матери досталась "похоронка".
Коль речь идет о будущем страны,
различий нет, чья нация главнее,
Под пулями все нации равны:
украинцы ли, русские, евреи...
У Памяти безмерна глубина,
И ныне всех людей волнует остро
Великая священная война,
великое сраженье с Холокостом.
За весь народ сражается солдат.
И Память Временем неизлечима.
Запомним черной славы Бухенвальд,
Дахау, Бабий яр и печи Освенцима.

Зима. Колонна. Снега серебро.
Конвой. Евреи, молодой и старый,
на саночки сложив свое добро,
в пути последнем к Дробицкому яру.
С тех пор минуло много лет...
И в тихой рощице на склоне,
где щебет птиц и первоцвет,
вокруг полей ковер зеленый,
там камень-памятник стоит —
большая братская могила,
Мемориала строгий вид.
И память в людях не остыла,
На старых фото живы лица.
И в память добрую о них
нам по традиции сходиться
к могилам близких и родных.
И в этом братстве прах моей родни —
советского мещанского сословья.
Средь тысяч душ покоятся они,
и памятник стоит у изголовья.
Цветы ложатся на могилы,
и памяти не изменить.
Нам суждено, пока мы живы,
беречь ее и сохранить.
Что Память? — В будущее мост.
История — к согласию движенье.
Так проклянем вовеки Холокост
И не допустим больше Всесожженья!
Нет оправданья и прощенья тем,
кто на святыни поднимает руки.
И Миллионы в списках Яд Вашем
взывают к состраданию за муки.
Пусть мирные свершаются дела
и мудростью наполнено сознанье,
а в гимне прозвучат колокола
за мирное всесосуществованье!
У Памяти безмерна глубина...
Ю. Исеров