2001
апрель
№4 (21)

Каждый выбирает для себя
Женщину, религию, дорогу,
Дьяволу служить или пророку —
Каждый выбирает для себя.
Юрий Левитанский

МНЕНИЯ. СУЖДЕНИЯ. ФАКТЫ.

ОГНЕННЫЕ СТОЛБЫ РАЗНОГО ЦВЕТА

Я муки предков здесь не стал бы
вспоминать,
Потомкам палачей пожав
великодушно руки,
Когда б не вельзевулова печать
На их руках и, если б их науку
Кровавым топором мне не всадили
в грудь,
Не написав на лбу мне: «НЕ ЗАБУДЬ!»
     Между Праздником свободы Песах и Днем всенародного траура по нашим шести миллионам, заточенным в гетто и лагеря и замученным руками европейских христиан, всего несколько дней и надо успеть подумать о том, как мало шагов не только от великого до смешного, но также от радостного до трагического, от жажды жизни и свободы, которыми пропитана вся наша четырехтысячелетняя история, до нашей же безропотной готовности снова и снова подставлять свои шеи под топор наших палачей.
     Между тем, как во время Песаха полмиллиона израильтян ездили развлекаться за границей (иные, я читал, даже побывали в Египте!), а число съеденных в Израиле за это время хлебных бутербродов с ветчиной и свиных чиз-гамбургеров не поддается учету, в России, я читаю в газетах, идет бурный процесс возрождения иудаизма и идишкайт.
     В украинском городе, рядом с родильным домом, где я, не по своему выбору, имел несчастье родиться, на Пушкинской улице была большая кирпичная синагога с куполом, не хуже, чем в Европе. Еврейские торговцы, купцы не ниже второй гильдии, так как город был вне черты оседлости и в нем могли жить только богатые евреи или выкресты, скинулись и построили это прекрасное здание для себя и единоверцев. После революции синагогу, само собой, закрыли и спасибо, что не снесли, а только разместили в ней спортивное общество «Спартак».
     Мои родители не только ели свинину, но мой папа получал ее по талонам в НКВД, где с большим энтузиазмом служил власти разрушителей синагог, церквей и вообще всей тысячелетней духовности, своей и чужой. В 1937 году моя мама в здании синагоги, что на Пушкинской улице, заведовала избирательным участком по выборам в Верховный совет СССР первого созыва. Когда здесь, сейчас, я смотрю на наших антирелигиозных фанатиков, то вспоминаю тех наших, которые в двадцатые-тридцатые годы, вырвавшись из теплых штетлов и синагог, в безумной жажде свободы вдруг почувствовали себя бегущими из египетского рабства. Их псевдо-Моисеем был Лев Давыдович Троцкий, а псевдо-левитами целая когорта евреев ленинской школы. 18-летние еврейские мальчишки, выпускники коммерческих училищ, одели на себя кожанки, перепоясались модными тогда пулеметными лентами и, размахивая маузерами, верхом на донских скакунах, помчались вперед, ведомые миражем свободы.
     Я их еще застал и помню, как помню своего отца, маму и многих других. Они ничем от тех, что шли за Моше рабейну из Египта, не отличались. Это звучит парадоксально, но, тем не менее, подумайте: те и другие были движимы порывом к свободе и истине.
     Что такое свобода? Это светлая цель и возможность двигаться ей навстречу. Если отличие искать не в скорлупе, внутри которой скрывается стремление и движение к свободе, то остается Огненный столб, тот, который шел впереди уходящих в глубину Синая, а потом в Эрец Исраэль.
     Все дело в том, за каким Огненным столбом двигаться и что считать своей Землей обетованной. В те далекие времена у наших предков были такие ложные Огненные столбы, как Золотой телец и другие рукотворные идолы, а в век пара, электричества, Интернета и Голливуда перед человеком огромный выбор. Перед поколением моих родителей были на выбор два Огненных столба, сионистский и марксистско-ленинский. Большинство из них выбрали тот, который казался ведущим прямым путем к счастью.
     Сегодня, мы видим, как сотни тысяч (никто не знает, сколько их на самом деле, может быть, миллионы) евреев России, Украины и Белоруссии (в Белоруссии их почти не осталось) снова стоят перед выбором: бежать ли им из самых негостеприимных стран, где когда бы то ни было обреталась наша диаспора, в Эрец Исраэль или пойти за Огненным столбом духовного возрождения российского еврейства на территории России.
     По мнению Авигдора Эскина («Взгляд из Москвы на Пасху, «Наша страна» за 13.04.00) в Израиле происходит процесс энтропии (В переводе с научного — беспорядок, балаган) и «египетское порабощение». Поэтому он пишет: «Размышляя в России (почему он, живя в Иерусалиме, размышляет в России — я не понимаю?) об исходе из Египта, мы обязательно ставим акцент на угрозе физической расправы над евреями».
     Вы знаете, Авигдор, я тоже делаю этот акцент, так как меня исторический опыт наконец-то научил, что ни в одной из христианских стран евреи никогда не были в безопасности, что нет христианской страны, где угроза физической расправы может быть снята с повестки дня любой группы евреев, озабоченных судьбой своих потомков, что среди христианских самыми опасными являются те, где превалирует православие, что Россию и Украину следует по-прежнему считать особо опасными для евреев местами проживания и что, несмотря на «энтропию», бежать нужно в Израиль. Как дети инстинктивно бегут к маме, даже если у мамы ничего нет, ни сил, ни денег, ни, извините, ума. Возможно потому, что, прибежав к маме, они окажутся все вместе, и в этом их единственное спасение. Не в старой маминой юбке, а в том, чтобы всем вместе.
* * *

     Недавно я разговаривал с одной игуменьей. Мы говорили по-английски и я спросил, каков ее родной язык.
     «Я, — сказала она мне, — дочь самого ужасного народа в мире. Находясь здесь, в Израиле, я не могу чувствовать иначе. Я немка лютеранского вероисповедания. Мне стыдно за мой народ. Когда я поняла, что тогда произошло, я ушла в монастырь».
     Эта женщина из тех людей, которые оставляют в душе теплый след, независимо от того, евреи они или немцы, лютеране или буддисты.
     Здесь я хочу заметить только, что таких встреч с немцами у меня было множество, но пусть бы мне хотя бы один раз посчастливилось встретить славянина, который сказал бы мне вот так, не как президент и не в рамках дипломатического протокола, что ему стыдно за соотечественников, совершивших такие страшные преступления против ни в чем не виновных перед ними евреев. Зато я много раз слышал от них, что все это вранье.
* * *

     «Отдельные вспышки животной ненависти (в России) наблюдались за последний год... Однако многие из нас склонны судить о происходящем в России предвзято и несправедливо», — пишет Авигдор. Предвзято и несправедливо мы судим о животных, которые бывают хищниками, но, как посмотришь (к счастью, я их вижу только на телеэкране) на оскаленные рожи вождей российского антисемитизма, так обидно за волков и тигров, с которыми вы их сравниваете. Зря зверюшек обижаете. Но неужто у нас такая короткая память, что мы в состоянии судить только по отдельным вспышкам за прошедший статистический год?
* * *

     Были Крестовые походы, евреи бежали из Германии в благословенную Польшу под крыло польского круля и стало спокойнее. Разве что отдельные вспышки ненависти. Тихо и уютно было при маврах в Испании, но пришли христианнейшие грабители и, обобрав евреев, выгнали их из страны к чертовой матери. Половина погибла, после чего стало поспокойнее, не считая отдельных вспышек. Потом то же было во Франции, в Англии — повсюду. В промежутках — отдельные, хотя со звериными все равно не сравнимые, так как звери ни на что подобное не способны, вспышки. При Богдане Хмельницком произошла не вспышка, а форменный протуберанец с проявлением такого изуверства, которой не знала средневековая Европа. Гражданская война в России, по скромным подсчетам авторов первой Советской энциклопедии, унесла примерно 200 тысяч еврейских жизней. Об отнюдь не зверской, а скорее доморощенной технологии расправы я не вычитал в книжке, а слышал от очевидцев.
     От Шоа нас отделяет только полвека. Неужели начинаем забывать и неужели думаем, что 2 миллиона наших, российских, евреев перебили немецкие солдаты без массовой поддержки и при самом активном участии наших бывших соотечественников? Но подумайте, Авигдор, если даже технологические детали мучительства жертв так прочно, на протяжении веков, хранились в народной памяти и если вы не находите правдивых рассказов об этих событиях на полках книжных магазинов и библиотек этих стран, то, что дает вам основание думать, что в народном сознании произошли изменения в сторону очищения?
     Чтобы лучше понять, о чем я пишу, представьте себе группу тигров, которые коллективно насилуют молодую тигрицу (или, если хотите, кошку), после чего кладут на свою жертву широкую доску и весело прыгают по ней, радуясь брызгам крови и наслаждаясь воплями жертвы. Кстати, родители истязаемой при этом привязаны к стволу дерева, чтобы тоже порадовались. По-вашему, тигры на такое способны? Нет, вы так не думаете? Так не говорите о «животной ненависти», а помните о насаждавшейся православием и сидящей глубоко в сознании ненависти к евреям.
     И помните также, что отдельные случаи, когда свои же, православные, прятали и спасали еврейских детей и женщин, никак не обеляют массового геноцида, энтузиастами которого были сотни тысяч добровольных палачей.
     Господин Эскин пишет, что в других странах тоже бывают «вспышки». Бывают. Но во Франции, где ненависть к евреям тоже никогда не угасала и откуда за два года «акции», производимой французской полицией, но, само собой, без участия добровольцев из местного населения, 80 тысяч было отправлено в славянские страны и в Прибалтику, где с ними легче было расправиться местными кадрами, во время германской оккупации евреев не убивали на улицах и во дворах, не рубили головы старикам-инвалидам прямо в постелях, не зарывали силами местных крестьян живыми в землю. В Берлине, в обстановке тяжелейшей травли, 50 тысяч евреев продолжали жить, работать, ходить в кино и были отправлены в Освенцим в феврале 1943-го, то есть после Сталинграда. В Киеве же, едва немецкие войска вошли и комендатура приказала начинать, как дворники и соседи немедленно принялись за работу. Некоторых убили, не доведя до очереди к кромке яра.
     О том, что произошло, обо всех деталях и подробностях в разных странах написаны и опубликованы многие тома книг и научных исследований, об этом читаются лекции и об этом пишет масс-медия, а в Киеве вот уже 50 лет продолжается борьба за то, чтобы на памятнике, что над Бабим яром была приличного содержания эпитафия.
     Почему вообще возможно это различие и почему вы думаете, что что-то изменилось к лучшему?
* * *

     Песах напоминает нам о двух видах освобождения, духовном и физическом, но по сути оба сливаются в одно, как две грани одной сути. В Египте мы были в физическом плену и трудились на строительных работах, но нами владели не только фараон, нас угнетало языческое мировоззрение и языческая мораль. Борьба продолжается.
     Самым невыносимым и по числу жертв, и по уровню жестокости и безысходности был российский гнет. Сейчас мы наблюдаем лишь отдельные вспышки вроде многолюдных антисемитских митингов, осквернения отдельных могил, поджога синагог и прочих событий, которыми, считает Авигдор Эскин, мы должны пренебречь, и этого, он полагает, требует справедливость. Сейчас в России и на Украине население с увлечением занято истреблением друг друга.
     О евреях вспоминают главным образом в моменты обострения конфликтов и отчаяния. Тогда выясняется, что, в отличии от других стран, в России народ, власть и церковь едины в своей несравнимой со зверьем ненавистью к евреям. Ну что ж, сидите в Москве, ходите в синагогу на Архипова, выступайте на собраниях еврейских общин и ждите, когда начнется жестокий и беспощадный российский бунт, во время которого вам напомнят, по чьей вине в кране нет воды.
     Это верно, Авигдор, что выводить из Египта, как вы пишете, нужно прежде всего самих себя. Вы, насколько я знаю, очень успешно занимаетесь этим на протяжении двух десятков лет, и я рад вашим успехам. Не понимаю только, чего ради вас вдруг потянуло обратно, в самый отъявленный современный Мицраим?
* * *

     Можно критиковать, бранить, поносить политиков, журналистов, полицию — всех, кто по-вашему тянет нас в духовный Мицраим. Согласен, и сам в этом участвую. С вашей статьей «Галут в Израиле» я полностью солидарен. Барак, действительно, останется в истории образцом того, что не только касриловский портной, но и «солдат номер один» не гарантирован от того, что в изменившейся ситуации он превратится в международного подхалима.
     Но вспомните вы пророков. Какими бы словами они ни поливали евреев за их предательство Торы и Заповедей, какие бы беды не пророчили на их головы, но Эрец Исраэль — это был Эрец Исраэль, а Мицраим никогда не объявлялся исправившимся и менее зловредным.
     Верно, что всяческое зло нужно вытравливать прежде всего в самих себе и убивать в себе рабство. Ежечасно. Но делать это нужно здесь. Если глупые правители отдадут нашим врагам Иудею, нужно уйти в Негев и там строить города, но зубами держаться за эту Землю. Нет ей альтернативы, ни в Египте, ни в Персии, ни тем более в России. У нас есть только один Огненный столб, ведущий нас в Эрец Исраэль.

Ицхак Мошкович, Иерусалим