2003
ноябрь
11 (52)

Каждый выбирает для себя
Женщину, религию, дорогу,
Дьяволу служить или пророку —
Каждый выбирает для себя.
Юрий Левитанский

ДОКУМЕНТЫ ФАКТЫ

Эллан Пасика, Мельбурн

О, ИЕРУСАЛИМ, ЕСЛИ ТОЛЬКО Я ТЕБЯ ЗАБУДУ…
(к 100-летию Харьковской конференции сионистов России)

    «О, Иерусалим, если только я тебя забуду, пусть отсохнет моя правая рука» — эти взволнованные слова произнес Теодор Герцль на VI Сионистском Конгрессе в Базеле в августе 1903г., отвергая обвинения в том, что он предает интересы возрождения Эрец Исраэл. Что предшествовало этому, и какие события последовали затем — я и хочу рассказать.
    Следует напомнить, что за шесть лет до этого в том же уютном швейцарском городе Базеле на I Сионистском Конгрессе получил организационное воплощение политический сионизм. Отныне двухтысячелетняя мечта евреев о воссоздании своего государства ( пока ещё скрываемого под туманным термином национального очага) в Сионе, т.е. в Эрец Исраэл, стала программой целой партии — Всемирной организации сионистов.
    Теодор Герцль понимал, что путь к воссозданию своего государства у евреев предстоит тернистый и займет много времени, но как раз по всей территории России в пределах черты оседлости прокатились погромы, в том числе страшный погром в Кишиневе...
    И Герцль в попытке как-то помочь русским евреям согласился с предложением Британского правительства организовать еврейский очаг в Уганде, согласился с так называемой Угандcкой схемой. Исполнительный комитет Генерального Сионистского Совета предложил отправить в Уганду делегацию и вынести Угандскую схему на рассмотрение и утверждение VI Сионистского Конгресса.
    На Конгрессе вокруг Угандской схемы возникло жесткое противостояние. Часть делегатов поддержала схему, но значительная часть, в основном те, кто представлял евреев России, посчитали её предательством делу сионизма. Хотя Герцлю и Исполнительному комитету удалось провести своё решение, основная борьба была еще впереди.
    Один из вождей российских сионистов москвич Менахем Усышкин (позднее он возглавил сионистские организации Юга России) во время Конгресса был в Палестине. Уже находясь там, он начал агитацию против Угандской схемы, а, вернувшись в Россию, стал сколачивать оппозицию решениям VI Сионистского Конгресса. Он опубликовал в сионистской прессе ряд статей, направленных против решений Конгресса.
    Еще ранее он был не согласен по некоторым вопросам с сионистами, группировавшимися вокруг Герцля. Он утверждал, что те слишком политизируют движение, главное внимание уделяя мерам по созданию политических структур будущего государства. И этим преждевременно вызывают беспокойство турецких властей Палестины.
    Он считал, что большинство в руководстве сионистского движения предпринимают мало усилий по заселению Эрец Исраэл евреями, бегущими из России, игнорируют культурную работу среди еврейских масс. Усышкин обвинил Сионистский Конгресс в незаконности его решения послать в Уганду делегацию.
    Конференция ведущих сионистов России по этому вопросу состоялась в Харькове в ноябре 1903г. Место для конференции было выбрано не случайно. В то время вне черты оседлости Харьков был третьим ( после Петербурга и Одессы) по численности еврейского населения, около 15 тыс., и находился в центре расселения евреев России. Население Харькова в незначительной степени находилось под воздействием юдофобской агитации, а власти города зорко стояли на страже защиты спокойной обстановки в нём.
    В состав конференции вошли все делегаты от России на VI Конгрессе и их заместители, всего 15 человек. Усышкин предложил на конференции осудить усилия Герцля, направленные на принятие Угандской схемы, и оценить их как предательство делу сионизма.
    Конференция осудила схему Уганды, как противоречащую решениям Базельской программы, и потребовала от Герцля в письменном виде:
    -заверения, что впредь все усилия по созданию Еврейского очага будут направлены на создание такового только на территории Сирии и Эрец Исраэл;
    -отозвать и аннулировать схему Уганды целиком не позднее VII Конгресса;
    -созвать специальную сессию Генерального совета по обсуждению этой проблемы до отъезда комиссии по Уганде;
    -принять немедленные шаги по практическому претворению в жизнь заселения Палестины.
    В решении конференции было указано, что в случае отказа Герцля выполнить решение коференции, будет создана широкая оппозиция руководству Сионистским движением, включая:
    -приостановки выплат в адрес Исполнительного комитета в Вене;
    -развертывание в странах Европы и Америки пропаганды по созданию независимой Сионистской организации;
    -апелляцию к мировому общественному мнению и Британскому суду против права «Восточно-Африканского большинства» (организации, поддержавшей сторонников Угандской схемы) финансировать сионистское движение через «Jewish Colonial Trust» и « Jewish National Fund».
    Было решено приостановить выплату российской доли фондов в Вену до принятия Исполнительным комитетом мер по резолюции конференции*.
    Для доставки письма с решениями конференции Герцлю из Харькова была назначена делегация в составе 4-х человек, которая прибыла в Вену 31 декабря 1903г. Герцль чрезвычайно болезненно реагировал на это письмо, по сути представлявшее собой ультиматум, и отказался официально принять его. Его особенно задел резкий, порой, по его мнению, даже грубый тон предъявленных требований. Не исключено, что здесь сыграла свою роль разница менталитетов напористых российских сионистов и утонченного венского журналиста, привыкшего к этикету светских салонов Вены, Парижа и Берлина.
    Чтобы яснее представить себе ситуацию, с которой столкнулся в этот момент Герцль, нужно знать, что собой представлял «центральный нападающий» Хаим Усышкин, который сам не поехал в Вену, но темперамент которого проявился в письме-ультиматуме.
    Это был крупный мужчина с неимоверно широкой грудью, здоровенными ручищами и вполне соответствующим своей комплекции голосом. Из тех, о которых поётся в песенке:
    Если руки сильные и пошире грудь,
    то не в академики — в грузчики идут.

    Задолго до этого как-то «во дни тягостных сомнений и раздумий» Герцль спросил Усышкина, действительно ли тот уверен, что возможно евреям вернуть себе Палестину. Тот в своей обычной манере парировал: «Безусловно. А если Вы не уверены в этом, то должны немедленно оставить пост лидера Движения...»
    Обвинения на свой счёт в предательстве делу сионизма Герцль посчитал крайне несправедливыми. И не без основания. Схема Уганды для него ни в коем случае не могла заменить идею национального еврейского очага в Эрец Исраэл. Когда на VI Конгрессе Герцль говорил: «О, Иерусалим, я тебя никогда не забуду...», это означало, что он остаётся верен главной идее сионизма.
    Усышкин упрекал Герцля, что тот стратегические цели отдает на заклание ради целей тактических, но он был прав только частично. Да, схема Уганды должна была служить для достижения сиюминутных целей — спасения какой-то части евреев России от погромов, но не только для этого.
    В это время главные надежды в деле помощи сионизму Герцль возлагал уже не на турецкого султана и германского кайзера, а на Британское правительство (дальнейший ход событий показал, что здесь политическое чутье не изменило Герцлю). Так как Англия была заинтересована в том, чтобы евреи селились в Уганде, то Герцль полагал, что он этим оказывает услугу также и правительству Великобритании. Это должно было благоприятно отразиться на отношении англичан к сионизму. Кроме того, он считал, что еврейская колония в Уганде сможет оказать помощь в заселении евреями Палестины.
    Непосредственно до и после VI Конгресса Герцль предпринял ряд шагов в направлении главной, стратегической цели. В августе 1903 г. он едет в Россию, в Петербург, где дважды встречается с министром внутренних дел Плеве, с целью уговорить его воздействовать на турецкого султана разрешить всё-таки евреям России селиться в Палестине. Результатом этих переговоров стало инструктивное письмо министра российскому послу в Константинополе.
    Да, я еще не упомянул, что Герцль придавал очень большое значение тому, как деятели сионизма выглядят в глазах Европы. Сионистские вожди должны были себя свободно чувствовать не только среди местечковых евреев, но и в верхних слоях европейского общества. Он полагал, что кроме правильного политического курса для сионистского движения весьма важна респектабельность его деятелей. Поэтому уже на Первый Конгресс сионистов все делегаты должны были являться в смокингах. Разброд в сионистском движении, тем более, если его лидеры вели себя не по-джентельменски, Герцль считал, наносит движению непоправимый ущерб.
    Видя, что не в состоянии обсудить проблему в спокойной обстановке со всеми сразу (Герцль к тому же в то время был уже тяжело болен — ему и жить оставалось всего полгода), он предложил обсудить проблему с каждым из членов делегации отдельно, но те не согласились. Тогда он предложил провести расширенное совещание Исполнительного Комитета. Но и это предложение было отвергнуто.
    Казалось, что наступил полный раскол... Прошло более трёх месяцев, прежде, чем удалось преодолеть разногласия. А вскоре выяснилось, что английские землевладельцы в Уганде против приезда туда эмигрантов-евреев... Отныне все усилия по созданию еврейского национального очага будут сосредоточены только на Эрец Исраэл.
    Да, говорят, что история не терпит сослагательного наклонения. Истории всё-таки приходится терпеть, ибо, в противном случае, невозможен анализ прошедших событий. Ведь, когда мы говорим, например, что убийство царя Александра II было роковой исторической ошибкой (если рассматривать убийство царя как результат некоего общественного течения, а не как результат действий всего лишь небольшой группы людей), мы при этом подразумеваем, что в ином случае история бы сложилась для России удачнее. А когда радовались победе Шарона на выборах, то это не обязательно потому, что мы его так любим лично, а потому, что если бы...
    Короче, насчет нелюбви истории к сослагательному наклонению надо еще хорошо подумать.
    Так вот, если бы в 1917 году у евреев хоть где-нибудь был бы хоть какой- никакой, но свой клочок земли, не было бы и Декларации Бальфура. А кто хоть как-то представляет себе историю создания государства Израиль, тот понимает, что появление этой декларации было звёздным часом в истории сионизма. Да, и с декларацией Бальфура Израиля могло бы не быть. Можно хотя бы вспомнить, как проходило на сессии ООН в 1947 г. голосование по разделу Палестины на два независимых государства!..
    Но без декларации Бальфура Израиля бы не было. Говоря языком математики, одной Декларации было недостаточно, но она была необходима...
    Так что, подводя итоги можно сказать, что обе стороны в чем-то были правы: Герцль — в том, что отклонил грубый ультиматум; делегаты Харьковской конференции в том, что не стоило распылять силы.
    А чтобы стало достаточно, необходимы были огромные жертвы и усилия миллионов людей, в том числе и усилия участников Харьковской конференции, многие из которых внесли большой вклад в создание еврейского государства на священной земле Эрец Исраэл. Но это уже другая тема.

* Чтобы понять насколько ощутимой должна была стать приостановка выплат, достаточно вспомнить с чего начался развал Советского Союза: после избрания Бориса Ельцина президентом РСФСР, тот сразу же отказался вносить долю Российской Федерации в союзный бюджет. Союзному правительству нечем стало платить Военно-промышленному комплексу, Последовал заговор ГКЧП, а вскоре и развал СССР.

Интернет-журнал "Заметки по еврейской истории"
№ 33 15.10.2003