2004
ноябрь
11 (64)

Каждый выбирает для себя
Женщину, религию, дорогу,
Дьяволу служить или пророку —
Каждый выбирает для себя.
Юрий Левитанский

К 90-ЛЕТИЮ «ДЖОЙНТ»

Лариса Воловик, Харьков

«ДИТЯ» ДЖОЙНТА
История одной семьи


Хая Столяр и Илья Шухман, 1925 г.
Фото из семейного архива

    Хая Шмулевна Столяр, против воли отца, с мешком сухарей и книгами уехала из Никополя в Харьков, чтобы учиться в сельхозинституте. Работала в детском приюте и училась. После окончания института устроилась на работу в каком-то хозяйстве под Харьковом агрономом.
    Илья Рувинович Шухман окончил Харьковский сельхозинститут на год раньше и уже работал агрономом, помощником директора Агроджойнта в Кривом Роге. "Познакомились они благодаря Джойнту" - рассказывает мне их дочь Мира Гузик (в девичестве Шухман).
    Илья приехал в Харьков агитировать студентов для поездки в Кривой Рог на работу. Хаю Столяр, случайно забежавшую в это время в институт, его увлеченный рассказ заинтересовал. Взяв отпуск, Хая едет в Кривой Рог, где Шухман возит ее по всем хозяйствам и показывает, как обустраиваются на земле евреи - и дом им дают, и корову. И все - бесплатно. Действительно, привлекательно. В одну из поездок, Шухман просит девушку одолжить деньги для конторы - "срочно нужно, скоро получат". У Хаи были деньги на обратную дорогу, и она согласилась сдать их в бухгалтерию. Когда решила уезжать в Харьков, пришла в контору, где ей ответили, что денег нет. Девушка чуть не расплакалась - отпуск заканчивался, денег ни копейки, а служащие в конторе разводили руками и почему-то улыбались. Оказалось, что Илья Шухман попросил не возвращать ей деньги, пока он не закончит дела, - уж очень понравилась ему красивая Хая Столяр, и он задумал свозить ее в Николаев к своим родным, которые уже подобрали ему невесту. Смотрины состоялись, девушка понравилась всем, Илья и Хая поехали в Харьков, где и расписались.
    Илья Рувинович работал в Агроджойнте с 1924 по 1928 гг. Был очень увлечен работой, жил ею. Когда в 1926 году родилась дочь Мира, Шухман был в командировке и по телефону говорил только о работе. Его с трудом остановили, чтобы сообщить о рождении дочери.
    Отцом он был потрясающим, его любили все дети. По рассказам Миры (их семья переехала в 1930 г. из Кривого Рога в Одессу, где у отца были родственники), когда ее подружки спорили, чей отец лучше, при упоминании имени Ильи Рувиновича, все замолкали и приходили к выводу, что он, действительно, лучший из всех отцов.
    На день рождения дочери он придумывал игры, делал из бумаги звезду, на лучах которой были записаны призы, например, - полет на самолете. "Отец садил выигравшего себе на плечи и они "летели", - рассказывает Мира. - Он никогда не ударил меня. Как-то, лет в 5-6, не помню, за что, я назвала его дураком. Отец ничего не сказал, но долго переживал из-за моих слов".
    В Одессе и отец, и мать преподавали в институте и в техникуме. Передо мной сохранившаяся у Миры Ильиничны пожелтевшая от времени бумага - удостоверение со штампом "Єврейського Сільсько-Господарського Інститута", выданная 18 сентября 1930 гола за № 2304 (штамп двойной - на идиш и украинском).
    Печатается с оригинала:
    "Настоящим Ново-Полтавский Еврейский С.-Х. Институт удостоверяет, что тов. ШУХМАН И. Р. с ноября 1926 года по 1 октября 1930 года преподавал в институте С.-Х. Экономию, организацию Сельского хозяйства и С.-Х. Счетоводство и являлся председателем предметной комиссии экономического цикла".
    Из сведений о трудовом стаже в сохранившейся личной карточке Ильи Рувиновича Шухмана можно обнаружить различные еврейские организации, возникавшие в те годы в Украине. Шухман начал работать в 1917 году. С 1922 по 1923 он - агроном-инструктор в ОРТе Одессы. С 1923 по 1924 - агроном-инструктор Еврейского колонизационного общества; с 1924 по 1928 - агроном, помощник Директора в Агроджойнте.
    В 1936 г., когда Шухманы жили в Одессе, у отца на работе было собрание, после которого он вернулся, ничего не рассказывая, и больше на работу не вышел. После этого "собрания" он прожил 18 дней и умер в 42 года - диагноз "менингит". Им рассказали позже, что человека, который на собрании обличал отца как "врага народа" посадили.
В 9 лет Мира осталась без отца. Жили они в это время уже бедно, считались семьей "врага народа". Это в годы работы в Джойнте семья Шухманов жила достаточно обеспечено. Отец в те годы легко занимал деньги, но как-то не мог просить их вернуть, и когда он умер, некоторые люди сами возвратили маме деньги. Позже назначили дочери пенсию в 23 руб. 50 коп. Мама написала в Москву в Джойнт, и Мире высылали около года еще 8 рублей в месяц.


Мира, апрель 1934 г.
Фото из семейного альбома

    После смерти мужа Хая Шухман с дочерью жили в Одессе. А потом была война… Судьба одесских родственников мужа сложилась трагически. Родная сестра Евгения, экономист, и ее муж Александр Брейдбарт, художник, уезжать и не собирались. Они не знали, что немцы убивали евреев (тогда в Одессе об этом не знали). Александра еще в 37-м или 38-м арестовали и вскоре выпустили. И он считал, что, зная немецкий и пострадав от советской власти, застрахован от немцев. Их расстреляли, как и всех остальных евреев, - выдала бывшая домработница.
    Двоюродный брат Ильи Рувиновича, Лев Бланк, врач, с русской женой Катей ушли вместе с другими евреями из Одессы пешком, но Катя идти не могла, и они остановились в каком-то селе под Одессой. Лев Бланк начал сразу лечить больных, но немцы все равно его расстреляли.
    А Мира вместе с мамой были в эвакуации в Узбекистане. Уехали они только потому, что в их дом попала фугаска, и жить было негде.


Мира Ильинична Гузик (Шухман). Октябрь, 2004 г.
Фото автора

    Сейчас Мира Ильинична Гузик осталась одна. Она находится на попечении харьковского хеседа "Шааре-Тиква". Рассказывая мне историю своей семьи, она, смеясь, назвала себя "дитя Джойнта". Джойнт и сейчас помогает ей выжить и не чувствовать себя одинокой. Несколько лет назад, благодаря Джойнту, ей установили электрическую колонку.
    Мира Ильинична страдает диабетом и живет на инсулине, который в достаточном количестве ей выделяют в хеседе. Мечтает о глюкометре, приборе для измерения сахара в крови. Похоже, эта мечта ее осуществится. Так что для Джойнта Мира Ильинична Гузик (Шухман) находит самые добрые слова.