2005
июль
7 (72)

Каждый выбирает для себя
Женщину, религию, дорогу,
Дьяволу служить или пророку —
Каждый выбирает для себя.
Юрий Левитанский
ДОКУМЕНТЫ  ФАКТЫ   МНЕНИЯ

Яков Хонигсман, Львов

ЖИЗНЬ И СМЕРТЬ ГЕНРИХА ЭРЛИХА
И ВИКТОРА АЛТЕРА

Продолжение.
Начало в № 6 (71). 2005 г

    Генрих Эрлих предвидел и предупреждал мировое общественное мнение, что гитлеровская партия, пользуясь коварством и обманом, дорвется до руководства страной, и тогда начнется ускорен­ная подготовка Германии к новой мировой войне. К сожалению, руково­дители немецкой социал-демократии не учли пророческие призывы Эрлиха и оказались непоследовательными в борьбе с партией Гитлера.
    Верным товарищем в борьбе за интересы еврейских трудящихся масс в довоенной Польше и преданным другом Эрлиха был Виктор Алтер. Он родился в 1890 г. в небольшом городке Млава Цехановского воеводства, в 100 км на север от Варшавы, в семье еврейского хасида-ортодокса. После блестящего окончания местной гимназии рано включился в общественно-политическую жизнь. В 1906 г. активно участвует во всеобщей забастовке польских учащихся, требовавших свобод­ного общения и преподавания в школах польского языка. Виктор под­вергся тогда первому аресту, но его вскоре освободили по причине мо­лодости с запретом учиться в школах российской империи. Виктор эми­грирует в Бельгию, где блестяще сдает экстерном экзамен за среднюю школу, поступает в Политехнический институт в Лодзи. В 1910 г., имея за спиной два факультета по­литехники, механики и электроники, 20-летний Виктор работает инженером в Лодзи. В 1911 г. по рекомендации местной организации Бунда едет на нелегальную работу в Россию, но царская охранка узнает о его революционной дея­тельности. Не дожида­ясь ареста, Алтер уезжает в Англию. В Лондоне он работает рабочим, затем инженером на одном из военных заводов и сразу включается в революционное движение. В Лондоне Вик­тор Алтер близко сошелся с живущим там русским социал-демократом В. Чичериным, будущим наркомом иностранных дел Советской России.
    Как только началась в России в 1917 г. февральская революция, Алтер, по совету Г. В. Чичерина, едет в Россию, активно участвует в революционных делах Украины. В конце 1917 г. он переезжает в Москву, где избирается членом ЦК Бунда. После октябрьско­го переворота участвует в революционной работе меньшевиков. Большевики арестовывают его, но под нажимом др. чле­нов Петроградского Совета выпускают на свободу. В1921 г. Виктор Алтер избирается делегатом Бунда на второй конгресс Коминтерна, где проводит переговоры по вопросу вступления Бунда в ІІІ Коммунисти­ческий Интернационал. Его снова арестовывают за передачу письма английским делегатам ІІІ Интернационала, в котором Алтер критиковал тактику большевиков. По требованию многих делегатов Конгресса большевики вынуждены освободить Алтера из заключения — он возвращается в Варшаву, где вместе с Эрлихом становится популярным оратором, защитником национальных прав еврейских трудящихся. Его избирают членом Варшав­ской еврейской общины, членом Варшавского городского Совета. Он — один из руководителей объ­единенного Совета еврейских профс­оюзов. Создает и редактирует на польском языке «Ежедневные листки», в кото­рых защищает интересы евреев, разоблачает ксенофобию и антисемитизм польских националистов в госадминистрации, польских профсоюзах. В 1922 г. Алтера избирают председателем польского объединения еврейских проф­союзов. На этом посту ему приходилось вести ожесточенные споры и борьбу со всеми реакционера­ми и юдофобами в рабочем движении за право евреев работать на государственных железных дорогах, поч­те и телеграфе, в госучреждениях. В этот период Алтер опубликовал много важных трудов на польском, еврейском, немецком и французском язы­ках, посвященных социально-экономическим проблемам еврейского про­летариата в Польше, выступал на митингах и конференциях, защищая интересы еврейских трудящихся Польши. В начале агрессии гитлеровской Германии на Польшу один из руководителей третьего рей­ха, возглавлявший «Германский трудовой фронт» и центральную инспек­цию по наблюдению за иностранными рабочими, Роберт Лей объявил Ген­риха Эрлиха и Виктора Алтера «своими личными врагами». Естественно, что эти вожаки еврейских рабочих Польши не могли оставаться на окку­пированной немцами территории. Они эвакуировались в Западную Белоруссию, занятую советскими войсками. 26 сентября агенты НКВД арестовали Виктора Алтера в Ковеле, а 4 октября в Бресте схватили Генриха Эрлиха. Их увезли в Москву и поместили в гореизвестную Лубянку, а затем переве­ли в Куйбышев. Во время многочасовых допросов и издева­тельств Эрлих и Алтер не раз говорили, что гитлеровская Германия скоро напа­дет на СССР, и что для борьбы с немецким фашизмом следует организо­вать Еврейский Антифашистский Комитет, который мобилизовал бы силы мирового еврейства, главным образом, американского, для общей борьбы против общего врага — гитлеровской Германии. Ра­зумеется, что их идеи были переданы Сталину. В июле1941 г. по инициативе Англии в Лондоне начались переговоры между послом СССР в Лондоне И. Майским и премьер-министром польского правительства в Лондоне главнокомандующим польской армии в Польше и за ее пределами генералом В. Сикорским. Правительство Польши требовало от СССР признания нерушимыми границы Польши от 1921 г. и амнистию для всех невинно арестованных и сосланных на каторгу граждан Польши. Согласились на договор, в котором пока не затрагивали проблему довоенных границ Польши, но СССР согласился освободить всех интернированных и сосланных граждан Польши, содействовать соз­данию польской армии в СССР для борьбы с общим врагом. Договор был подписан 30 июля 1941 г. в Лондоне, и к нему был приложен протокол о широкой амнистии для польских граждан, арестованных и сосланных в СССР. В соответствии с этим протоколом Договора «Сикорский — Майский» сотни тысяч граждан Польши были освобождены. Эрлих был освобожден из куйбышевской тюрьмы 12 сентября 1941 г., а на следующий день был освобожден и Алтер. Говорили, что их освободили в соответствии с подписанным 30 июля польско-советским договором. Но фактически НКВД имел по отношению к ним другие планы — использовать в польско-советском споре по вопросам гражданства лиц, проживающих на оккупиро­ваннойсоветами территории Западной Украины и Западной Белоруссии, и по другим вопросам. Эрлих и Алтер, выйдя на свободу, оставались в Куйбышеве, ду­мая о том, как бы включиться в борьбу против гитлеровской Германии. В октябре І94І г. они отправили письмо Сталину, в котором снова изложили свои идеи о желательности создания Еврейского Антифашистского Комитета с целью мобилизации всех сил и средств международного, в первую очередь, американского еврейства для борьбы с гитлеровской Германией и об их готовности участвовать в этой акции. Они и не предполагали, что этим письмом подписали себе приговор, ибо Сталину бундовские деятели, которых он ненавидел, не вписывались в его планы борьбы с Гитлером.
    Один из арестованных вместе с Алтером и Эрлихом членов ЦК довоенного Бунда Авраам Файнзильбер, освобожденный также в августе 1941 г. и переживший войну, сталинскую систему и коварство его людей, рассказал: «Перед освобождением арестованных бундовцев в Куйбышеве часто посещали весьма высокопоставленные чины НКВД, в том числе, полковник Аркадий Волковыский. Он много раз беседовал с арестованными Алтером и Эрлихом. В этих беседах бундовские дея­тели не раз говорили о своей готовности участвовать в мобилизации сил и средств американских евреев в борь­бе с гитлеровской системой. Идеи Эрлиха и Алтера сразу же были переданы Сталину, а тот, не лишенный юдофобских чувств, приобретен­ных еще в молодости, когда обучался в церковной семинарии в Тбилиси, видимо, верил, что «евреи правят Америкой и всем миром и все могут». Он решил воспользоваться идеями бундовцев, но без их участия. Послед­ние не знали, что за месяц до отправки письма Сталину в Москве был уже организован первый митинг представителей еврейской общественности, транслировавшийся по радио для Америки. Об этом Лозов­ский рассказал Эренбургу (см. KULISY STALIMSKIEJ ZBRODNI — «SLOWO ZIDOWSKIE», WARSZAWA, N- 21, 1992, S.10-12».
    Нашим героям осталось только ждать, а Сталин не спешил. 4 декабря 1941 г. в куйбышевскую гостиницу, где пребывали Эрлих и Алтер, пришел Аркадий Волковыский и сообщил им, что прибыл ответ Сталина и их вызывают в куйбышевское бюро НКВД на 12 часов ночи. Они отправились туда к 12-ти часам ночи, а друзья Файнзильбер, Одер и Люциан Блит остались в гостинице ожидать их возвращения. Прождали целую ночь и не дождавшись, сразу отправились в польское посольство в Куйбышеве, чтобы узнать, что случилось. Посол Польши г-н Котт вместе с генералом Сикорским находились в Москве. Заместитель посла позвонил заместителю Молотова г-ну Вышинскому, который возглавлял отделение министерства иностранных дел в Куйбышеве. Тот ответил, что ему ничего неизвестно. Пришлось ждать возвращения посла и генерала Сикорского. Когда они 5 декабря появились в Куйбышеве, сразу приняли ожидавших их бундовцев. Только 27 декабря 1941 г. посольство Польши в Куйбышеве голучило копию письма, адресо­ванного в Президиум Верховного Совета СССР от 27.12.41 г., в котором Эрлих писал, что с ними случилось. В письме говорилось: «3 декабря 1941 г. Алтер и я получили извес­тие, что приехал представитель московского НКВД, который вел с нами и раньше беседу. Он пригласил нас к себе. Мы пошли туда, надеясь, что пришел конец нашим мучениям и бездеятельности. Ожидали приезда 20 часов, и наконец-то, явился представитель и сообщил нам, что он получил инструкцию нас арестовать. Он говорил нам, что, вероятно, это недоразу­мение и в течение одного-двух дней все выяснится».
    Но «недоразумение» не было выяснено до конца войны. Арестованным даже не было предъявлено какое-либо обвинение. Посольству было сообщено, что Эрлиха и Алтера арестовали за «связь с гитлеровцами». Заключенных держали в отдельных камерах, лишили фамилии. Об их аресте известно было только нескольким лицам. В документах тюрьмы они фигурировали под номерами камер.
    Повторный арест Эрлиха и Алтера взбудоражил многих дипломатов и общественных деятелей Запада. Выдающиеся деятели английского и американского рабочего класса и др. демократических организаций обращались к московским дипломатам с просьбой информировать их о причи­нах повторного ареста известных бундовцев. Ответа никто не получил.
    Лишь только после двух лет молчания один из руководителей американских проф­союзов Виллиам Грин получил ответ на многократные запросы о судьбе руководителей еврейских рабочих довоенной Поль­ши. Этот ответ изобилует стольким цинизмом и ложью, что его стоит привести полностью:
    «Вашингтон, 23 февраля 1943 г. Народный Комиссар Молотов проинформи­ровал меня, что получил подписанное Вами послание, касающееся двух советских граждан Эрлиха и Алтера. Молотов проинструктировал меня о проинформировании Вас о следующих фактах:
    В связи с враждебными действиями против Советского Союза и вооруженной деятельностью в органах польской дефензивы, Эрлих и Алтер были в августе 1941г. приговорены к смерти. По просьбе польского правительства Эрлих и Алтер были освобождены в сентябре 1941г. Однако после освобожде­ния, они во время ожесточенных боев против наступающей армии Гитлера во­зобновили свою враждебную деятельность, включая в нее обращения к советским солдатам о прекращении кровопролития и немедленное заключе­ние мира с немцами. По этой причине они были снова арестованы в декабре 1941г. и снова приговорены к смерти Колле­гией нашего Верховного Суда.
    Приговор по отношению к обоим был приведен в исполнение.

Посол Максим Литвинов
23.02. 1943 г.»

    После опубликования письма посла СССР в США М. Литвинова во многих странах, в том числе в Англии, США, Израиле происходили массовые митинги общественности в память убитых в СССР руководителей довоенного польского Бунда с требованиями к московским властям реабилитировать Генриха Эрлиха и Виктора Алтера.
    Громадный митинг, собравший представителей ряда рабочих и демократических организаций состоялся 16 апреля 1992 г. в Нью-Йорке на площади возле Центра ООН. Митинг превратился в траурную конференцию в память выдающихся деятелей польского рабочего еврейства. На конференции с речью о последних днях жизни Эрлиха и Алтера выступил Авраам Файнзильбер; сын Генриха Эрлиха, профессор Виктор Эрлих, видные дея­тели международных организаций. Была принята резолюция с требованием раскрыть тайну гибели двух еврейских деятелей польского Бунда. Ре­золюция была передана представителям российской Федерации в ООН секретарю Сергею Шестакову и послу России при ООН Юрию Воронцову для передачи правительству России.
    Прошло более полугода, пока международный координационный Комитет Бунда в Нью-Йорке получил заявление пос­ла российской Федерации при ООН Воронцова от 24 ноября 1992 г.,которое было опубликовано в израильском бундовском журнале «Лебнс Фраг» (январь-февраль 1993 г.) и в польско-еврейском журнале «Дос идише ворт» (март 1993 г.), которое передаем в переводе с идиш:
    «В связи с информацией Генеральной прокуратуры России — ответ на резолюцию митинга общественности от 16 апреля 1992 г. в Нью-Йорке: «В соответствии с письмом посла Максима Литвинова советскому послу в Вашингтоне президенту американской рабочей партии Виллиаму Грину от 23 февраля І943 г. Генрих Эрлих был пригово­рен в августе 1941 г. к смерти, а не к 10 годам тюрьмы. Этот факт был подтвержден в воспоминаниях Люциана Блита и Авраама Файнзильбера, которые осенью и в начале зимы I941 г. были вместе с Эрлихом и Алтером до их ареста в декабре 1941 г. в Куйбышеве (теперь Самара)».
    Дальше указано в письме Литвинова, что мотив второго ареста в декабре 1941г.в новейшей информации со стороны Прокуратуры СССР не упоминается. В третьих, в письме Литвинова сказано, что приговор был выполнен в отношении обоих. Это тоже не соответствует новой информации, в которой говорится, что «Эрлих умер в тюрьме НКВД в Куйбышеве 14.05.42 г., а Алтер был казнен 17.02.43 г.». По другим данным, которые имеются в нашим распоряжении, г-н Эрлих по­кончил жизнь самоубийством, повесившись на оконной решетке своей ка­меры. Итак, более 50 лет прошло. Правда о смерти Эрлиха и Алтера не была раскрыта российской юриспруденцией. «Мы, бундовцы, на протяжении многих лет верили, что придет время, когда станет возможным реабили­тация со стороны правительства России, которое не отягчено виною сталинских преступлений. Декрет президента Михаила Горбачева от 13 августа 1990 г. о восстановлении прав всех жертв политических ре­прессий от 1920 по 1950 гг. положил основу этой юридической базе.
    Генрих Эрлих и Виктор Алтер всей своей жизнью и своей мучени­ческой смертью еще раз продемонстрировали перед всем миром бессмертность идеалов демократического социализма.
    Честь их памяти.
    Всемирный Координационный Комитет Бунда, Нью-Йорк, 14 декабря 1992 г.».

    Прошло 60 лет со времени ареста и гибели вожаков еврей­ского рабочего движения в довоенной Польше Генриха Эрлиха и Виктора Алтера, и те­перь можно с уверенностью писать, что Сталин решил воспользоваться идеей бундовских деятелей о создании Еврейского Антифашистского коми­тета для мобилизации сил и средств еврейства демократических стран, но без участия бундовцев, граждан другой страны, которые могли бы оказаться не так послушны сталинским планам как евреи Советского Со­юза, которых он так же, в конце концов, привел к гибели.

Печатается в сокращенной редакции
с разрешения автора.
Специально для «Дайджест Е»
.