2005
август
8 (73)

Каждый выбирает для себя
Женщину, религию, дорогу,
Дьяволу служить или пророку —
Каждый выбирает для себя.
Юрий Левитанский

Заява української інтеліґенцІї «Проти ксенофобії,
за европейську Україну»

    Упродовж декількох місяців після постання нової влади, яка задекларувала демократичні европейські цінності, українське суспільство спостерігало — на жаль, здебільшого мовчки, — як порівняно невелика група марґіналів, переважно пов’язаних із Міжреґіональною академією управління персоналом й асоційованими з нею структурами, під прикриттям псевдопатріотичної риторики намагалася ствердити в очах світу, здавалося б, давно розвінчаний стереотип України як заповідника ксенофобії...
    ...Українське суспільство поліетнічне і поліконфесійне. Це ознака його сили, а не слабкості, тому що розширює можливості економічних і соціяльно-культурних контактів із багатьма країнами світу. Але якщо ми всі — і держава, і суспільство — будемо толерантно або байдуже ставитися до проявів відвертої ксенофобії, то ця особливість стане не перевагою, а вадою.
    Ці міркування спонукають нас, українських інтелектуалів, незалежно від наших політичних поглядів, об’єднатися, щоб сказати наше «ні» ксенофобії й «так» — цивілізованій европейській демократичній перспективі України...


22 августа в 10.00 мы встречаемся на мемориале в Дробицком Яру


Вход в траурный зал

    Последняя декада августа полна датами — это и День Независимости Украины, и День освобождения Харькова нашими войсками в годы Второй мировой войны. В советские времена было принято к датам открывать выставки, сдавать строящиеся объекты. Осталось такое стремление и в наши дни — на Харьковщине намечается два важных события — открытие музея Великой Отечественной войны на «Высоте маршала Конева» (у села Солоницевка под Харьковом) и открытие Траурного зала на мемориальном комплексе в Дробицком Яру.
    Само желание приурочить открытие музея к дате — не так уже и плохо. Просто спешка и нервозность имеют и оборотную сторону — сроки иногда приводят к небрежности, завуалированным огрехам в работе. Не могу судить о музее на высоте Конева, но только знаю, что коллегам из Исторического музея приходится нелегко. Харьковский музей Холокоста в дар для будущего музея подготовил Диплом, выданный институтом Яд Вашем в Иерусалиме, и медаль Праведника Мира — харьковчанина.
    Когда в 2002 г. сдавалась первая очередь Мемориала в Дробицком Яру, внешне все было прекрасно. Но через два с половиной года, как оказалось, мемориал стал медленно разрушаться, осыпалась штукатурка с белоснежного сооружения, разрушились ступени, которые были сделаны наспех и некачественно. Все это пришлось переделывать в этом году. По инициативе Общественного совета была проведена независимая экспертиза возведенного объекта. Как оказалось, многое было сделано не в соответствии с проектом, использованы дорогостоящие материалы, что удорожило работы почти вдвое, но не привело к улучшению качества. Сейчас, похоже, понимают все, что виновата в этом Дирекция строительства мемориала во главе с ее директором С. Ищенко, которому было выражено недоверие. С. Ищенко — человек энергичный, пробивной, что и помогало на первых этапах строительству мемориала до тех пор, пока он не решил, что ему доз­волено всё, занялся идеологическим наполнением мемориального комплекса, не разбираясь в традициях и, просто, не умея это делать. Последним его «подвигом» стал монтаж «партизанским» методом мраморных планшетов с фамилиями. Поэтому все работы в Дробицком Яру в настоящее время координирует областное управление капитального строительства — УКС ОГА. Это подтвердил, отвечая на мой вопрос, и первый заместитель главы облгосадминистрации Владимир Бабаев 11 августа на встрече в Дробицком Яру.


Фото Л. Леонидова

    Заказчиком строительства в Дробицком Яру является УКС ОГА, а все работы по завершению второй очереди мемориала профинансировал благотворительный фонд «АВЭК» (президент народный депутат Украины Александр Фельдман). Дирекция строительства мемориала не является заказчиком строительства. Все перечисления, договоры, связанные с мемориалом осуществляются только с УКСом.
    Комиссия ОГА готова принять подземную часть мемориального комплекса — Траурный зал с чашей скорби и все строи­тельные работы. Владимир Николаевич отметил так же, что мраморные планшеты с фамилиями жертв Дробицкого Яра, на установку которых ни УКС ОГА, ни один руководитель не давали распоряжения, комиссия принимать не будет, т. к. по ним много замечаний, а самое главное — в списках есть фамилии живых людей. Этот вопрос будет решать комиссия, созданная при Управлении культуры, к сожалению, уже после открытия подземного зала.

    Это размышления перед сдачей объекта, та «ложка дегтя», которая часто очень портит вкус «целой бочки меда»… А в праздничные дни я буду вместе со всеми харьковчанами радоваться открытию музея на высоте Конева и Траурного зала мемориала в Дробицком Яру.
    Пройдут праздничные дни, уйдет эйфория от сознания, что сделано важное дело, которое, действительно, делает честь всем, кто принимал участие в его претворении в жизнь. Затем начнется завершающий этап в Дробицком Яру, с которого, если честно, надо было бы и начинать мемориал.
    Заработает комиссия при Управлении культуры ОГА, будет создана рабочая группа, которая займется уточнением имен жертв Дробицкого Яра. Необходимо заменить планшеты с непроверенными фамилиями, убрать из списка живых людей, наконец, достойно увековечить их память, назвав имя, фамилию и возраст тех, кого зверски уничтожили нацисты в годы оккупации Харькова в декабре 1941 — январе 1942.
    Что касается могил-рвов, где 64 года назад произошла трагедия с евреями Харькова, повторно будут проведены гео­физические изыскания территории, на которой происходили расстрелы. Природа изменила ландшафт и будет его менять дальше, но все большее число специалистов поддерживает нас и считает, что всю эту территорию надо оставить в покое — эти овраги и холмы, покрытые природной растительностью, воздействуют эмоционально сильнее, чем любые памятники. Как сказал главный архитектор Харьковской области Юрий Шкодовский, «природа — лучший архитектор», и мы полностью поддерживаем его.

Лариса Воловик,
директор Харьковского музея Холокоста


АРХИТЕКТОРЫ   И   АРХИТЕКТУРА

Павел Чечельницкий, Харьков

Библейские места — прошлое и новь


Гора Синай

    В целях ознакомления с древними архитектурными памятниками, в январе текущего года группа харьковских проектировщиков совершила поездку в Египет и Иорданию. Безусловно, пирамиды Гизы, ансамбли Луксора и Карнаха, вытесанные в скалах храмы Петры никого не оставят равнодушным. Но сейчас речь не о них...
    Так уж получилось, что отправная точка наших поездок находилась в Шарм-эль-Шейхе. Это поселок на южной оконечности Синайского полуострова. О событиях, происходивших на этой земле, рассказывают древние сказания. Многие места Синая являются центром единого поклонения иуде­ев, христиан и мусульман...


АРХИТЕКТОРЫ   И   АРХИТЕКТУРА

«У меня много крупных заказов»
Интервью с архитектором нового музея Яд Вашем в Иерусалиме Моше Сафди
об архитектуре и еврейской идентичности


Архитектор Моше Сафди

    Американский архитектор Моше Сафди, родившийся в 1938 году в Хайфе, проектировал знаменитые здания в Канаде, Америке и в Восточной Азии. К его последним наиболее известным работам принадлежат новый музей Яд Вашем в Иерусалиме и аэропорт имени Бен-Гуриона в Тель Авиве. С Моше Сафди беседует Ульф Майер.

 

     У.М.: Ваш проект нового музея Яд Вашем в Иерусалиме отличается яркой изобрази­тельной силой и повествовательностью. Сначала посети­тели спускаются вниз, попадая в преисподнюю Холокоста, а затем поднимаются наверх, к свету, как бы вознаграждая себя панорамным видом Земли обе­тованной. Памятник жертвам Холокоста Питера Айзенмана в Берлине, наоборот, лишен вся­кой риторики. Как Вы относи­тесь к новому памятнику жерт­вам Холокоста, являющемуся примером чистой, абстрактной архитектуры?

     М.С.: Перед нами стоя­ли абсолютно разные архитектур­ные задачи. Я должен был по­строить музей, а Айзенман — мемо­риал. Я считаю правильным, что Айзенман одновременно построил и «центр памяти», потому что без исторического контекста его па­мятник не может быть понят. Его субьективный и несколько мрач­ный проект является метафорой одновременно кладбища и памят­ника-предостережения немецкому народу. По воле случая этот па­мятник был спроектирован еврей­ским архитектором изНью-Йорка. Меня впечатляют масштабы па­мятника и его место в городе...


КСЕНОФОБИИ  –   НЕТ
Олег Коваль, Харьков

Стереотипы и литературная эстетика скинхедовской юдофобии

     Мы привыкли к тому, что те, кто называет себя скинхедами, не знает категории Нейтрального по отношению к евреям и еврейскому миру в целом. Их лингвистические и жизненные привычки отражают откровенно негативное отношение к homo judaeus и агрессивную этнонациональную практику, на деле являющуюся практикой эмоционального всплес­ка мужской, мальчишечьей силы. Такая практика и такие привычки легко поддаются учету и констатации, но требует и своеобразного уточнения своих оснований. Не смотрит ли на еврея глаз скинхеда, по словам Ролана Барта, «с детским любопытством человека, который купил себе какую-то механическую вещицу и неустанно забавляется ее щелканьем»? И не состоит ли в этом бесконечном и упорном прокручивании одного и того же механизма содержание нетерпимого настроения ко всему «чужому», когда пытаются утвердить свою сексуальность, подростковую социализацию, свой язык и свою норму поведения? Почему у экспансивных юношей идея социального и политического возвышения переплетена с идеей нетерпимости ко всему еврейскому?..


МЕЛЬБУРН  –   ХАРЬКОВ
Эллан Пасика, Мельбурн

Деревцо Валленберга


Сад им. Тараса Шевченко.
Харьков, август 2005

     Хотя Давид Григорьевич любил да и умел ходить, сегодня он уже немного устал. Наверное, потому, что сад, в котором он сейчас гулял, был достаточно большим. Собственно это был не сад, а парк, но он, как и все его друзья, и как отец и мать в далеком-далеком детстве, звал всегда его садом. Когда-то и официально он так назывался: сад, Университетский сад. А парком называли тогда Центральный парк культуры и отдыха — большой зеленый массив напротив ипподрома и водокачки. А к парку примыкал уже совсем огромный Лесопарк, за которым тянулся на многие километры настоящий лес. И позже сад называли садом, но уже имени Постышева. Тогда же на площади Тевелева в старинном «бекетовском» здании бывшей городской думы торжественно открыли Дворец пионеров и школьников. Первый во всем Советском Союзе. Имени Постышева. Вот сколько лет прошло, а Давид Григорьевич помнит приезд Постышева в Политехнический, как будто это было только вчера. Племянница, правда, ему говорит, что то, что было вчера, он как раз и не помнит. Но молодые вечно выдумывают про стариков... Да, как изменился сад с тех пор! Не узнает Давид Григорьевич его. А ведь вроде и недавно совсем был здесь, а не узнает. Нет, все-таки то место, где когда-то стояла «папина» скамейка, узнал. Раньше тут был большой фонтан, а теперь зачем-то фонтан убрали, и на этом месте теперь озерцо с утками... И деревья теперь здесь совсем не те...


Главный редактор
Лариса ВОЛОВИК

Тел. (057) 700-49-90
Тел./факс: (057) 7140-959
Подписной индекс 21785
При перепечатке ссылка на
«Дайджест Е» обязательна
http://holocaustmuseum.kharkov.ua
E-mail: volovik@vlink.kharkov.ua