2006
январь
1 (78)

Каждый выбирает для себя
Женщину, религию, дорогу,
Дьяволу служить или пророку —
Каждый выбирает для себя.
Юрий Левитанский
Лариса Воловик, Харьков

НАТАН ГРИГОРЬЕВИЧ РАХЛИН

     10 января 2006 года исполнилось сто лет со дня рождения выдающегося дирижера и музыканта Натана Рахлина. Имя этого знаменитого дирижера, народного артиста СССР, который очень много сделал для украинской культуры, сегодня практически не упоминается.

     «Дирижер Н. Г. Рахлин — несомненно феноменальное явление. Он обладает необычайной музыкальной памятью, изощренным острым слухом, предельно пластичной выразительностью дирижерского жеста». (Самуил Самосуд).

     Натан Григорьевич Рахлин родился в украинском городе Сновск, что на Черниговщине, 10 января 1906 года в семье музыканта-капельмейстера, который руководил маленьким провинциальным ансамблем — музыканты играли на свадьбах и вечеринках, на танцах, в кинотеатре, где под их музыку страдали на экране герои и героини немых кинолент. В возрасте трех с половиной лет он начал играть на скрипке, в четыре года — в детском оркестре. Работать пришлось начать рано — Натан был старшим в семье, где было еще четверо детей. И когда отца забрали в армию, именно Натан, ему было тогда десять лет, сменил его в качестве скрипача и дирижера в этом маленьком провинциальном оркестрике. Когда Рахлин начал играть в этом ансамбле, он еще не знал нот, играя по слуху.
     Во время Гражданской войны в 1918 году, когда ему было 12, вступил в Красную Армию и стал трубачом-сигналистом Червонно-казачьего полка известной бригады Григория Котовского, там же одновременно осваивал другие духовые инструменты. Котовский был очень музыкален. Возил с собой оркестр, следил, чтобы музыканты были всегда накормлены и желательно не принимали участия в боях. Добывал для них инструменты, что в те времена было непросто. Натан Григорьевич считал, что этому легендарному человеку он обязан своей музыкальной карьерой и вообще жизнью. Когда ему было 14 лет, Котовский привез его в Киев на смотр военных трубачей. Натан занял там первое место, потому что на скаку, стоя в седле лошади, мог сыграть любую команду. А играл практически на всех музыкальных инструментах. Возможно, он так бы и остался военным музыкантом, если бы однажды в Киеве не пришел в городской сад. Позже музыкант вспоминал об этом поворотном эпизоде своей судьбы: «Однажды вечером пошел я с товарищами в Киевский городской сад... Первый раз я услышал звучание настоящего симфонического оркестра... Когда заиграли «Прелюды» Листа и начала свое соло валторна, мне показалось, что земля уходит из-под ног. Наверное, с этой минуты я стал мечтать о профессии дирижера симфонического оркестра».
     В 1923 году он поступил в Киевскую консерваторию, где обучался игре на скрипке. При поступлении изумил приемную комиссию исполнением скрипичного концерта Мендельсона в собственном переложении для трубы. Владение многими музыкальными инструментами, в том числе струнными, впоследствии сыграло важную роль в общении его с музыкантами. Сам Натан Григорьевич говорил: «Мне казалось, что для того, чтобы стать дирижером, необходимо уметь играть на всех инструментах симфонического оркестра или хотя бы на большинстве из них. Я и сейчас убежден в этом». Натан Рахлин окончил класс дирижирования музыкально-драматического института в украинской столице. Поступление на дирижерское отделение было закономерно, за пульт он встал еще будучи студентом-скрипачом. Обучение у таких известных музыкантов, как В. Бердяев и А. Орлов, завершили процесс формирование дирижера.
     В Харькове Натан Григорьевич преподавал в консерватории и работал в оркестре радиокомитета как скрипач и ассистент дирижера. Его «голубой» мечтой было создание оркестра «с нуля», и такая возможность представилась в Донецке (тогда г. Сталино). До приезда Рахлина в Донбассе никогда не было симфонических оркестров. Созданный им оркестр был и навсегда остался первым.
     По воспоминаниям современников Натана Григорьевича, условия работы в Донецке были достаточно трудными. Его жизнь в этом шахтерском городе началась с похабной записки, доставленной в гостиницу, с угрозами физической расправы. Но дирижер не испугался, не уехал. И уже через полгода вместо двадцати шести оркестрантов очень невысокой квалификации, как было вначале, в составе оркестра находились уже шестьдесят первоклассных музыкантов, а спустя год с небольшим в Донецке с огромным успехом была исполнена Девятая симфония Бетховена. «Это была большая победа советской музыкальной культуры в городе, ранее совершенно не знавшем симфонических концертов». В Донецке о Натане Рахлине вспоминали, как о человеке выдающемся, незаурядном, одержимом — и очень рассеянном. Во власти музыки, войдя в трамвай, он мог у входа снять галоши, оставив их на остановке. Когда у Натана Григорьевича появилось имя и известность, приехал в Донецк Никита Хрущев, в то время — первый секретарь ЦК компартии Украины, и пригласил его в Киев, чтобы он там организовал симфонический оркестр. В 1937 году, Рахлин был назначен художественным руководителем Государственного симфонического оркестра Украины.
     Следующий год у Натана Рахлина стал звездным. На Всесоюзном конкурсе дирижеров он разделил второе место с ленинградцем Евгением Мравинским (первое решили не присуждать). На третьем был Мелик-Пашаев. Блистательная троица! О Рахлине заговорили в музыкальных кругах — он вошел в число самых известных дирижеров страны.
     Во время Отечественной войны Рахлин возглавлял Государственный симфонический оркестр СССР, с которым они выступали перед тружениками тыла в Средней Азии, куда Госоркестр был эвакуирован, побывали в Свердловске, Нижнем Тагиле. Кировограде, Магнитогорске, Челябинске, Кургане, Омске, Новосибирские, Красноярске. Но как только был освобожден Киев, Хрущев его разыскал и предложил вернуться.
     На музыке Натана Григорьевича воспитаны поколения людей. До 1962 года в Киеве, в Мариинском (теперь Первомайский) парке Государственный оркестр Украины давал бесплатные концерты. Огромный летний театр всегда бывал полон, собиралось до 10 тысяч любителей симфонической музыки. Его знал в лицо весь город. Когда Натан Рахлин, плотного телосложения человек, стремительно выходил к освещенному дирижерскому пульту, трудно было угадать в нем тот темперамент, с которым он потом исполнял любимые публикой вещи.
     Незаурядное дирижерское мас­терство и артистизм Рахлина про­явились в исполнении им Симфонии № 9 Бетховена, «Фантастической симфонии» Берлиоза, произведений Чайковского, Брамса. До сих пор из глубины души поднимается чувство, которое иначе чем восторг не назовешь, когда современники вспоминают его исполнение Второй Венгерской рапсодии Листа.
     Затем оркестр у Натана Рахлина отобрали. Причины были понятны: еврейское происхождение, которое совершенно не устраивало партийных руководителей. Министр культуры, глядя прямо ему в глаза, мог сказать: «Мы вынуждены вас терпеть, потому что нет своих национальных кадров». И когда такой кадр появился в лице очень талантливого дирижера Стефана Турчака, судьба его была предрешена. В оркестре у Рахлина большинство музыкантов были евреями. Выдающегося дирижера современности не спасли от «ссылки» в провинцию даже выступления в сельских клубах для свиноводческих бригад коммунистического труда. Нет, это не анекдот! В этом можно было убедиться, рассматривая афиши на фотомонтажах, посвященных Натану Рахлину в фойе Great Hall Cooper Union в Манхэттене, где недавно впервые в Нью-Йорке состоялся грандиозный концерт американского симфонического оркестра «Manhattan Virtuosi» памяти Натана Рахлина.
     До 1966 года Рахлин не имел своего оркестра и гастролировал во многих городах бывшего Советского Союза. В 1966 году композитор и ректор Казанской консерватории Назиб Жиганов на свой страх и риск стал уговаривать дирижера ехать в Казань, где нужно было создавать симфонический оркестр. Ему удалось убедить чиновников в Москве и буквально «выцарапать» дотацию на новый коллектив — Рахлина в Казани ждали великолепная квартира в центре города, должность главного дирижера с полной ставкой и звание профессора Казанской государственной консерватории. Так в 1966 году начался рахлинский период в музыкальной жизни татарстанской столицы, который длился более двух десятилетий.
     Огромный талант Рахлина сделал его легендой среди музыкантов. Он был дирижером-романтиком, стихийно погружался в музыку, словно плыл по ее волнам. Музыкальные критики отмечали, что в моменты творческого подъема Рахлин буквально гипнотизировал и зал, и музыкантов, заставляя оркестр быть послушным его воле. Казанские меломаны со стажем — те, что застали маэстро за пультом, неоднажды убеждались в этой его особенности. Он любил Чайковского и Бетховена, проникал в глубины Вагнера, заставлял любоваться Листом. Рахлин, любивший Шостаковича, был первым исполнителем его 11-й симфонии, первым исполнителем «Патетической оратории» Свиридова, он вернул к жизни подзабытую 3-ю симфонию Глиэра.
     Кажется, что его сутки были растянуты более чем на 24 часа. Он успевал вести класс в консерватории, репетировать, выступать с просветительскими лекциями, участвовать практически во всех филармонических проектах. Но главное — он сумел сделать из казанского оркестра один из лучших симфонических коллективов страны, вывозя его на гастроли в Москву и Санкт-Петербург. Его мечтой был грандиозный цикл «Все симфонии Шостаковича».
     Умер Натан Григорьевич в Казани в возрасте 72 лет, а прах его был перевезен семьей и похоронен в Киеве.