2006
февраль
2 (79)

Каждый выбирает для себя
Женщину, религию, дорогу,
Дьяволу служить или пророку —
Каждый выбирает для себя.
Юрий Левитанский

ИЗРАИЛЬ: МНЕНИЯ, ВЗГЛЯДЫ

Александр Кабаков, Москва

ЗАКОН СОХРАНЕНИЯ

    То, что произошло и, вероятно, будет происходить в Палестине, почти невозможно оценивать холодно, отстраненно, с дистанции, на которой положено быть беспристрастному наблюдателю. Такое же ощущение возникло 11 сентября 2001 года — это, конечно, у них, но и у нас всех, потому что может быть легко повторено где угодно. Цунами в Индийском океане, правительственный кризис в европейской стране с переходом власти от левых социал-демократов к социал-демократическим правым, зверства какого-нибудь очередного азиатского или африканского пол-пота — это у них, это связано с конкретными обстоятельствами в конкретных местах обитания людей. Но бывают ужасные ситуации, обнаруживающие общее беспощадное устройство жизни. Именно их-то, как это ни трудно, надо обдумывать трезво, спокойно, старательно изгоняя даже следы эмоций из результатов анализа.
    Можно считать арабские претензии справедливыми, поддерживать требования «Хамас» относительно сведения Израиля в точку и находить логику в предложении вождя иранского народа перенести еврейское государство в Европу. Можно, напротив, сочувствовать евреям, признавать их исторические права на Землю Обетованную и одобрять жесткие ответы на акты партизанского террора. Выбор — вопрос взглядов, убеждений (отнюдь не только религиозных, что демонстрируют европейские левые интеллектуалы, сочувствующие палестинцам, не будучи мусульманами), личного опыта и коммерческих интересов. Но речь сейчас должна идти не о взглядах и соответствующих мнениях, а о систематизации фактов.
    Факты сводятся к главному итогу: ровно настолько, насколько евреи отступили за все годы противостояния, настолько же палестинцы наступили (и наоборот). Как говаривал Ломоносов, если где что убавится, то в другом месте столько же прибавится. Это совершенно очевидно на ничтожном клочке ближневосточной земли, который осатанело делят с того дня, как англичане ушли из Палестины во времена деколонизации, рухнувшей на человечество после Второй мировой войны. Последние примирительные шаги Израиля, сделанные при Шароне — и вывод поселений, который должен был порадовать палестинских арабов хотя бы видом рыдающих евреев-поселенцев, вызвав законное чувство глубокого удовлетворения победой; и строительство разделительной стены, которая должна была уменьшить необходимость ракетных ударов возмездия; и непрерывно, после любых терактов, возобновлявшиеся по инициативе израильской стороны переговоры — все они вызывали ответные шаги, которые только и могут быть признаны адекватными в условиях непримиримого противоборства: палестинцы наступали, выбирая зазор. Так называемый мирный процесс шел таким образом, как только и может идти мирный процесс, при котором одна из сторон ни на минуту не отказывается от стратегической цели — полного уничтожения другой стороны. Это не торговля к взаимной выгоде, это очевидная игра на конечный выигрыш одного партнера и безусловный проигрыш другого. История предшествовавшего полувека демонстрировала все то же самое, только в противоположном развитии: и Шестидневная война, и война Судного дня, и другие успешные военные операции Израиля теснили арабов и вели к конечному выигрышу евреев.
    А в последние пятнадцать-десять лет Израиль сильно сдал. Тому много причин, но почти все они укладываются в рамки восторжествовавших в западном мире (который прежде почти безоговорочно поддерживал евреев), тотальной политкорректности, левого либерализма, абсолютизации некоторых человеческих прав в ущерб другим, ставшим сомнительными — например, праву наций на самосохранение и сохранение национальных государств. Несмотря на исчезновение советского блока, помощь которого сформировала и постоянно спасала палестинское сопротивление, баланс стал заметно нарушаться в пользу арабов, для этого оказалось достаточно перемен в такой нематериальной сфере, как общественное мнение.
    Что из этого может последовать в более или менее вообразимой перспективе? Первый, представляющийся наиболее вероятным вариант — евреи опомнятся, выберут нового премьера, который станет следовать примеру не того Шарона, каким он сделался к концу политической и закату физической жизни, а того, каким он был во времена руководства израильским спецназом, рейдов в Египет и прочих подвигов. Начнется серьезная и победоносная для израильского государства война. Все боевые палестинские группировки будут в очередной раз обескровлены, большую часть их лидеров уничтожат, погибнет много мирных людей с обеих сторон, не говоря уж о солдатах и боевиках… После этого на какое-то время наступит напряженный мир с сильным перевесом в пользу евреев. Второй вариант — тоже вполне возможный — евреи отступят еще дальше. Станет реальным уничтожение Израиля в полном соответствии с уставными целями многих палестинских организаций и к радости решительного иранского начальника, который к тому времени уже вот-вот будет главнокомандующим ядерными силами. Последуют одобрение бен Ладена и других решительных борцов за победу исламского мира во всем мире, солидарность со свободолюбивым народом Палестины всех левых и запоздалый испуг ООН, НАТО, даже России и Китая…
    Конечно, неплохо было бы придумать какой-нибудь третий, не катастрофический и вообще мирный вариант, но, увы, опыт и логика не позволяют. С 1948 г. события на Ближнем Востоке развивались по одному из двух выше­описанных сценариев — правда, не доходя до крайней точки и всегда с промежуточными финишами, к которым первыми приходили евреи. Но есть достаточные основания — отчасти перечисленные выше — предполагать, что на этот раз соотношение глобальных сил даст другой результат. Раньше это была кровавая, но местная, межэтническая и межрелигиозная драка. В последние десятилетия она превратилась в часть мировой войны — называйте ее хоть войной цивилизаций, хоть восстанием бедного Юго-Востока против богатого Северо-Запада, хоть джихадом, хоть борьбой с терроризмом. Эта Третья мировая в полном масштабе началась с атаки на нью-йоркские башни и теперь идет в Афганистане и Ираке, Чечне и Палестине — в самых разных местах земли, как и положено мировой войне. В ней та сторона, к которой мы, независимо даже от нашего желания, относимся просто по месту жительства в России, пока заметно проигрывает. Приход к власти в Палестинской автономии радикальной даже по тамошним меркам организации стал очередным существенным — после победы отважного радикала на президентских выборах в Иране — событием в этом стратегическом наступлении антизападной коалиции. Теперь ход белых — в шахматном, разумеется, смысле.

Издательский дом «Коммерсантъ»