2006
февраль
2 (79)

Каждый выбирает для себя
Женщину, религию, дорогу,
Дьяволу служить или пророку —
Каждый выбирает для себя.
Юрий Левитанский
Мирослав Попович, Киев

ЕСТЬ УКРАИНА, ЧУЖДАЯ КСЕНОФОБИИ

    «Грани плюс» обратились ко мне с просьбой прокомментировать судебный процесс по иску МАУП к нескольким украинским ученым — небольшой части тех примерно 300 представителей украинской интеллигенции, которые подписали заявление «Против ксенофобии, за европейскую Украину». Я не буду комментировать судебных проблем и вообще касаться этого конкретного дела, а ограничусь некоторыми общими соображениями, имеющими к нему непосредственное отношение.
    О чем идет речь в судах и дискуссиях подобного рода? Может сложиться впечатление, что речь идет об оценке сионизма. Но что такое сионизм? Если мы откроем любой европейский словарь, то всюду найдем одно и то же определение: сионизм — это политическое движение, имеющее целью создание еврейского государства на исторической родине евреев. Право евреев на создание такого государства вот уже скоро шестьдесят лет как признано Объединенными Нациями, и Украина имеет дипломатические отношения с государством Израиль. Поэтому вызывают удивление, когда говорят, что некая группа лиц критикует не евреев, а сионизм: если некто «критикует сио­низм», то он должен требовать ликвидации государства Израиль. На деле расплывчатая формула «критика сионизма» прикрывает нечто совсем иное, и рождена эта формула была в недрах сталинского МГБ, чтобы прикрыть антисемитскую политику коммунистического тоталитаризма.
    Однако до прямодушия антисемитов 30–40-х годов, не скрывавших враждебности к каждому еврею и осуществлявших истребление евреев только потому, что они родились евреями, сегодня почти никто не доходит. У наших антисемитов в ходу сейчас другая формула: разоблачение организованного еврейства, обвиняемого в попытках установления мирового господства. Это, конечно, более уязвимая формула, так как обвинение относится к еврейству (в некоторых сочинениях уже прямо называемому «жидорва») как таковому. Предполагается, что допустимо «организованное украинство», «россиянство», «татарство» и так далее, но только не «организованное еврейство».
    Но надо отметить, что в истории самые подлые антисемитские судебные процессы никогда не апеллировали к таким общим обвинениям. В «деле Дрейфуса» никто не говорил открыто, что шпионом является «организованное еврейство», — достаточно было утверждения, что шпионил еврей Дрейфус.
    В «деле Бейлиса» никто не апеллировал к «мировому сионизму», — важно было создать впечатление, будто евреи в ритуальных целях совершают детоубийства. Таким же образом «доказывается», что евреи оккупировали Украину: такие-то чиновники Министерства образования и науки вредят МАУП, а они назначены еще при министре Кремене, а экс-министр Кремень был в одной партии с Суркисом, а Суркис — еврей, следовательно, чиновники, вредящие МАУП, — агенты «организованного еврейства», «мирового сионизма», «жидорвы» или как угодно еще это назовите.
    В качестве идейного источника по-прежнему используются переизданные недавно «Протоколы сионских мудрецов», хотя давно установлено, что это фальшивка.
    Существуют ли юридические нормы, позволяющие восстановить истину в подобных ситуациях? Иногда эти нормы формулируются очень прямо.
    Например, в Германии отрицание факта Холокоста карается законом. У нас такого закона нет, благодаря чему на книжном рынке появилась книга немецкого антисемита, отрицавшего факт Холокоста и из-за этого в Германии отсидевшего срок.
    Быть может, ввести что-то подобное и у нас? Но можно привести и плохой пример законодательного вмешательства в историю. Так, в Турции закон утверждает, будто не было армянской резни 1915 г., а были жертвы военных столкновений, и указано число этих жертв.
    Подобных исторических ситуаций, как будто требующих государственно-правовой защиты истины, много в истории каждой нации. Как быть в такой ситуации? Тем более, что речь идет не столько о прошлом, сколько о настоящем и будущем!
    Я не берусь давать советы политикам — это не моя сфера деятельности. Но в таких вопросах, где речь идет о простых вещах — истине и порядочности, есть свои, нравственные императивы.
    Подписывая наше заявление, мы не обращались ни к государственным органам, ни к суду. Мы не призывали что-то запретить или кого-то наказать. Мы выражали свое мнение о происходящем, мы оценивали и осуждали ложь и безнравственность, и это как раз то, за что интеллигенция ответственна.
    Я уверен, что никакие законы не уберегут общество от лжи, если в нем не будет существовать атмосферы непримиримости к мерзостям. И я очень доволен, что участвовал в такой акции, которая показала миру, что есть Украина, чуждая ксенофобии, искренне и глубоко разделяющая европейские ценности.

Мирослав Попович,
директор Института философии НАН
www.grani.kiev.ru