2011
август
№8 (145)
Каждый выбирает для себя
женщину, религию, дорогу.
Дьяволу служить или пророку —
каждый выбирает для себя.
Юрий Левитанский

Лариса Воловик

ЗАБВЕНИЮ НЕ ПОДЛЕЖИТ

Под таким названием Харьковский музей Холокоста при поддержке благотворительного фонда «ДАР» открыл 14 августа с. г. выставку художника Зиновия Шендеровича Толкачева (1903-1977).

Харьковчане почти ничего не знают об этом интереснейшем художнике. Мы открываем для них творческое наследие члена Союза художников СССР Зиновия Толкачева — классика украинского (советского) живописного искусства, выдающегося мастера станковой и книжной графики. Среди созданного художником и политические плакаты, и карикатуры.

Революцию З. Толкачев принимает как судьбу, искренне уверовав во все провозглашенные идеалы, — она убрала «черту оседлости», в ее декларациях не было «ни эллина, ни иудея», ни бедных, ни богатых. Это была его революция, точно так же, как и революция Миколы Хвильового, Исаака Бабеля, Блакытного и мн. других. Это позже все они узнали, что революция всегда уничтожает своих детей, испытали на себе, заплатив за верность ей своей жизнью и творчеством.

Через все творчество Зиновия Толкачева проходят три темы, каждая из которых вошла в него отдельно, и в разное время он не разлучался с ними до конца жизни.

С первой темой — комсомольской — он пришел в искусство. Вторая, навеянная произведениями Шолом-Алейхема, как отголосок его раннего детства которое прошло в белорусском местечке, захватила художника в середине 30-х годов. И, наконец, третья тема — антифашистская — утвердилась в его творчестве в первые дни Великой Отечественной войны. И все эти очень разные темы объединялись и наполнялись тем, что было и осталось основным для творчества Толкачева — человечностью.

В годы войны Зиновий Толкачев был солдатом, но ни на мгновение не забывал, что он художник и должен бороться своим оружием — искусством.


Поруганная красота

Зима, 1945 г.

На выставке в Харькове вы увидите 5 картин из серии «Оккупанты», 1942 г. На одной из них — детский ботинок (на переднем плане), а дальше дым… Это все, что осталось…

К началу войны Зиновий Толкачев, профессор Киевского художественного института, вышедший из призывного возраста, упорно просится на фронт. И когда он вместе с войсками Красной армии первым вошел в освобожденный лагерь смерти Майданек в 44-м году, а в январе 45-го в концлагерь Аушвиц и Биркенау, он понял, что все, что писал раньше была правда, но она меркла по сравнению с ужасающими преступлениями фашистских извергов против человечности. И в течение 35 дней он зарисовывал все, что видел, записывал все, что смогли рассказать ему те, кто еще мог говорить…

«Зимний ветер бушует над Аушвицем, опоясанным тремя рядами колючей проволоки. Кажется, будто не провода, а сама измученная земля стонет голосами погибших» — это запись, которую он сделал на рисунке в лагере смерти.

В этот период он пишет серии работ «Майданек», «Цветы Освенцима», «Освенцим». Когда закончилась бумага, Зиновий Толкачев продолжает рисовать на официальных бланках концлагеря, на которых типографской краской было отпечатано «Комендант концлагеря Аушвиц», «И. Г. Фарбениндустрия», на счетах газовых компаний, поставлявших в Освенцим «циклон Б», и штампы казенных бумаг вошли как неотделимый художественный образ, усиливая все то, что изобразил художник, подчеркивая документальную основу. Эти рисунки стали обвинительными документами. Выставки его работ прошли в городах Польши в 1945, 1946 гг. Альбомы выставок «Майданек», «Цветы Аушвица» были разосланы от имени польского правительства главам четырех великих держав антигитлеровской коалиции, министрам союзных государств, военачальникам.

Харьковский музей Холокоста представляет на выставке серию из 5 работ Зиновия Толкачева «Христос на Майданеке», выполненную углем, и большой цикл автолитографий «Освенцим». К сожалению, в Советском союзе этих выставок и альбомов не видели. Мы представляем из архива музея две небольшие книжечки-каталоги «Майданек» и «Цветы Освенцима» выставок 1945 г., изданные на польском языке в Кракове. В 50-60 гг. в послевоенном союзе Толкачева обвинят в «буржуазном национализме и космополитизме», его творчество объявят «глубоко порочным, работы «сионистско-религиозными». Серию картин «Христос на Майданеке» в 40-х годах снимут с выставки и конфискуют. Эту историю рассказала мне Анель, дочь Толкачева, которой, когда она готовила каталог работ художника, не разрешили внести их в него. История такова — картины были выставлены в Киеве в музее Западного искусства, директор которого был другом художника. В один из дней, когда директора не было на месте, пришли люди из органов, предъявили свои книжечки, ничего не объясняя, вытащили картины из массивных рам и унесли. Зиновий Толкачев считал, что эти картины уничтожили , как и многие другие его произведения. В семье долго стояли массивные пустые рамы. И только через 25 лет эти картины, которые художник считал навсегда утраченными, вернули ему. В Харькове экспонируются авторские эскизы, выполненные углем к работам, сделанным пастелью, и которые находятся в настоящее время в музее в Освенциме.


На открытии выставки


Генеральный консул Республики
Польша в Харькове Ян Гранат

Директор Джойнта Оксана Галькевич


Выставку открывает
Лариса Воловик

Представлены на выставке цикл работ «Освенцим» из 15 автолитографий, 1945 г. и «Рисунки на бланках» — 86 фотографий рисунков, выполненных в 1944-1945 гг. «Я не знаю документов — именно документов — сильнее этих набросков Зиновия Толкачева» — писал Виктор Некрасов. Каждый рисунок имеет простое название, к примеру, «Зима» — холодное небо, белые крыши, снег. Все как обычно, только на снегу лежит окоченевший труп.

Зиновий Толкачев в 60-70 гг. пишет портреты украинских писателей, продолжает серию «Местечко», пишет серию к новеллам еще одного еврейского писателя Ицхока Лейбуша Переца.

Эту серия работ так же представлена на выставке в Харьковском музее Холокоста.

И вновь художник возращается к теме лагерей смерти. В 65-м году в Киеве выходит его альбом «Освенцим», который экспонируется в музее с дарственной надписью Зиновия Толкачева от 22 мая 1966 г. Якову Самойловичу Хонигсману, известному львовскому исследователю Холокоста, который передал этот альбом в наш музей.

Немало в серии автолитографий «Освенцим» и рисунков, посвященных освободителям — мы выбрали одну картину «Освободители пришли!», поставив как бы точку, завершающую выставку. Но иногда мне кажется, что, может быть, это многоточие…

Выставка художника открыта в год 70-летия трагедии Бабьего и Дробицкого яров (и всех других...), и уместно вспомнить, что З. Толкачев в 1965 г. вместе с архитектором И. Каракисом и скульптором Я. Ражбою разрабатывает эскизы к конкурсу проектов мемориала жертвам Бабьего Яра, который так и не был реализован.

Все работы Зиновия Шендеровича Толкачева на нашей выставке принадлежат семье художника, который умер в Киеве в 1977 году, 30 августа.

Я хочу принести искреннюю благодарность его дочери — художнице Анель Толкачевой — Шильд, проживающей в настоящее время в США, и его внучке (дочери художника Ильи Толкачева, ушедшего уже из жизни) художнице Елене Толкачевой, живущей в Киеве. Все, что возможно было привезти в Харьков из наследия Зиновия Толкачева, что по своему состоянию могло быть транспортировано, привезено. И я надеюсь, что харьковчане оценят творчество этого художника (и жизненную позицию) по заслугам.

Первая реакция была получена на открытии выставки, когда Генеральный консул Республики Польша в Харькове Ян Гранат сказал, что поинтересуется в музеях и архивах Польши альбомами и каталогами тех лет, когда выставки работ З. Толкачева проходили по городам освобожденной от оккупантов Польши.

Выставка «Забвению не подлежит» открыта для посещений ежедневно, кроме субботы и воскресенья, в часы работы Харьковского музея Холокоста по адресу — ул. Петровского, 28. 2-й этаж (ст. метро «Пушкинская).

Фотографировали: Ю. Вальшонок, Л. Леонидов, В. Пелевин


ПАМЯТЬ И ПАМЯТНИКИ


31 июля с. г. в Харькове на доме №23 «А» по улице Рымарской, где до войны с восьми лет жил Израиль Фисанович, была установлена в его честь вторая мемориальная доска

МЫ НЕ ИМЕЕМ ПРАВА ЗАБЫВАТЬ ТЕХ, КТО ОСТАЛСЯ В МОРЕ

Всё меньше тех, кто принимал непосредственное участие в боевых действиях в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 годов. Им уже за 85 лет. Они для нас как живая память о 27 миллионах, погибших от рук немецко-фашистских захватчиков и их союзников, и 22 июня в День всеобщей скорби, и 9 мая в День Победы. Только они могут судить о том, какой ценой добывалась эта Победа.

Но всё больше, к удивлению ветеранов, тех, кто «не понюхав пороху», искажает и даже отрицает общепризнанные факты из военной истории, подвергает сомнению ход и итоги этой войны, весомый вклад в победу отдельных родов и видов Вооружённых сил, в том числе, и конкретных личностей.

В число таковых попал и один из «100 знаменитых харьковчан» — легендарный подводник-североморец, Герой Советского Союза, кавалер ордена Ленина, двух орденов Красного Знамени и высшей награды Военно-морского министерства США «Военно-морской крест» (Navy Cross) капитан 2 ранга, командир подводной лодки — «малютки» ПЛ М-172 Израиль Ильич Фисанович — число его побед в боевых походах отдельными «правдоискателями» низведено… до нуля!



Владимир Пелевин, Лариса Воловик,
Николай Филинюк, Леонид Леонидов

С такой трактовкой событий и умалением заслуг талантливого подводника не согласны активисты морского ветеранского движения. К мнению ветеранов-подводников, особенно североморцев, которые лично общались с Героем в годы войны, присоединились представители еврейской общественности Харькова и области.

Мемориальная доска Израилю Ильичу Фисановичу, ранее установленная на доме номер 23 «А», где он жил и откуда по комсомольской путёвке ушёл на флот и в бессмертие, не несла полной информации. По инициативе общественных организаций: Союза ветеранов-подводников им. Героя Советского Союза И.И. Фисановича (председатель капитан 1 ранга Н.С. Филинюк), Харьковского Областного Комитета «Дробицкий Яр» (председатель Л.П. Леонидов), Харьковского музея Холокоста (директор, Заслуженный работник культуры Украины Л.Ф. Воловик) и Харьковского областного творческого объединения «Маринист» Всеукраинского союза писателей-маринистов (руководитель журналист, капитан 1 ранга В.А. Пелевин) было принято решение рядом с первой, разместить вторую мемориальную доску, текст которой отражает суть героического вклада нашего земляка Израиля Фисановича в общую Победу над врагом.


Ведет церемонию Владимир Пелевин (слева),
открывает церемонию Николай Филинюк

Право открытия мемориальной доски было предоставлено подводникам-североморцам: члену экипажа подводной лодки С-51, участнику боевых действий в Заполярье, участнику Парада Победы 1945 года ст. краснофлотцу Алексею Николаевичу Лаванову и Почётному председателю областного общества подводников капитану 1 ранга Виталию Ивановичу Кизиму.

Алексей Лаванов лично знал командира «Малютки» И.И. Фисановича, в годы войны даже играл с ним в футбол. Виталий Кизим семь лет назад при создании организации ветеранов ВМФ и подводников предложил присвоить ей имя знаменитого харьковчанина.

Получены приветствия к участникам церемонии от посла США в Украине Джона Ф. Теффта (John F. Tefft), президента Еврейского совета Украины И.М. Левитаса, председателя Ассоциации ветеранов Великой Отечественной войны В.А. Реймана (Киев) и капитана II ранга, Заслуженного работника культуры Украины Б.Н. Гельмана из Севастополя.


Обращение к участникам церемонии Посла США в Украине
Джона Ф. Теффта (John F. Tefft)






А когда под гитару «Строевую подводную» на слова Израиля Фисановича запел бард Евгений Фридлянд, буквально все – от седых ветеранов до юных моряков дружно подпевали известные строки:

Нет выше счастья, чем борьба с врагами,
И нет бойцов подводников смелей.
И нет нам твёрже почвы под ногами,
Чем палубы подводных кораблей.

Одним из весомых источников Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов явилась дружба народов. Экипажи подводных лодок М-172 и В-1, которыми командовал Израиль Ильич Фисанович, были многонациональными.

Светлая память о «еврейском сыне украинского народа» Израиле Ильиче Фисановиче и экипаже подвод­ной лодки В-1, погибших в водах Северной Атлантики, будет вечно жива в наших сердцах.

Честь имею!

Владимир ПЕЛЕВИН, журналист, пресс-секретарь ХООО им. Героя Советского Союза И.И.Фисановича, председатель ХОО «МАРИНИСТ» ВСПМ, капитан 1 ранга.


В МИРЕ. ГЕРМАНИЯ


Павел Слободяник, Эссен, Германия

ЕВРЕЙСКИЙ НОС НЕМЕЦКОЙ СТАРУХИ

Рассказ очевидца...

Вчера мы с женой оказались рядом с одной из остановок трамвая. Трамвай стоял. Наверное, стоял долго. Двери его были закрыты и никто не мог ни выйти из него, ни, соответственно, зайти.

На улице нарастал гул множества полицейских сирен. Все машины неслись с разных сторон к трамвайной остановке.

Когда они подкатили, из них повыскакивали полицейские и встали наизготовку у каждой трамвайной двери. Через секунду двери открылись - и на наших глазах началась жесткая полицейская операция.

В трамвае достаточно грубо, можно даже сказать - очень грубо полицейские заковывали в наручники арабов (человек семь), которые пытались как-то сопротивляться. Один из них был моментально завален на пол - как у нас говорят, «мордой в землю». Второго, орущего на своем языке вперемежку с немецкими ругательствами, полицейские «приложили» по ребрам, третьего саданули мордой об поручень, четвертого, который пытался вырваться, остановили парой прилетевшими ему навстречу кулаков и быстро защелкнули наручники на его запястьях. Еще один араб сдался сразу, упал на колени и поднял руки к небу, но полицейские тут же заломили их за спину. Еще двух заковали в браслеты не менее грубо...

Нам, стоявшим на остановке, было удивительно столь близко наблюдать полицейскую операцию по задержанию мусульман - тем более, в такой форме.

Когда арестованных рассаживали по машинам, из трамвая начал "вываливаться" народ и все, как один, просили у полиции записать их в свидетели происшедшего по дороге к этой остановке. Разные люди - старики и старухи, молодые парни и девушки, старые и средних лет, разного социального уровня и положения в обществе, - выстраивались в очередь, чтобы подойти к полицейскому и сообщить свое имя, фамилию, адрес и телефон. Все они готовы были выступить на стороне обвинения.

И пока продолжалась вся эта процедура записи свидетелей происшедшего, трамвай стоял в ожидании своих пассажиров.

Еще через минут пятнадцать полиция уехала, пассажиры заняли свои места - и трамвай отправился по своему обычному маршруту. А нам, нескольким невольным свидетелям «штурма» трамвая, удалось узнать, с чего же всё началось и почему полиция так бескомпромисно и жестко провела захват молодых арабов.

Оказывается, эти мусульмане, войдя в вагон трамвая, громко о чем-то говорили на своем языке, свистели, что-то горланили, размахивали руками и над чем-то так же громко потешались. И вздумалось одной старушке, сидящей у входа в вагон, сделать им замечание – мол, могли бы и потише говорить, ведь не одни едут в трамвае.

Арабы, на секунду опешив и даже прервав свое бурное общение, глянули на старушку, как на пустое место: мол, кто это там еле слышно вякает. И продолжили гоготать, орать, но теперь уже - издеваясь над старушкой. Для этого они специально перешли на немецкий язык, говорили так же громко и нагло:

- Нет, вы проедставляете!? Эта старая немецкая шлюха будет нам еще указывать! Посмотрите на нее, у нее еврейский нос! Эй ты, старая вонючая еврейка! - обратились они уже прямо к ней, - пошла вон отсюда! Juden raus!..(Евреи, вон!).

Старушка молчала. Арабы орали всё громче:

- Juden raus aus Deutschland! (Евреи, вон из Германии!).

Молодые арабы были настолько уверены в своей безнаказанности, что совершенно не заметили, как вокруг них образовалась толпа пассажиров: старых и молодых немцев, которые вдруг тоже обрели голос и стали кричать, что этого так не оставят и что скорее из Германии выметут всех недоделаных арабов, которые сидят на их трудовых шеях, чем позволят хоть одному волосу упасть с головы евреев.

И тут арабы очнулись, увидев, что их всё плотнее окружают люди.

Что им оставалось делать?

Они начали "отстреливаться" традиционными арабскими «песнями о главном» - о том, что «во всем виноваты проклятые евреи, которые оккупируют землю родной Палестины».

Толпа немцев в трамвае заявила им в ответ, что евреи - молодцы, правильно делают, надо вообще арабов оттуда выгнать к такой-то матери. «Мало того, что мы впустили вас, арабов, к себе в страну, - кричали немцы в трамвае, - так вы еще здесь гадите, подонки, куски исламского дерьма! Мы вам не дадим устроить здесь лондонские погромы!».

Арабы сразу сообразили, что дело для них «пахнет керосином» и, продолжая по инерции тихо переругиваться с наступавшей на них толпой граждан Германии, начали озабоченно поглядывать в окна трамвая, когда же ближайшая остановка. Один из них, как ненормальный, стал давить на красную кнопку на поручне, сигнализируя водителю, что пассажирам надо выйти.

Чего проще! Трамвай остановился, двери автоматически открылись, можно было выскочить и убежать. Конечно же, наговорив немцам целую гадостей на арабском, презрительно пообещать, что придет время и всех этих неверных вырежут, как стадо баранов.. И при этом подтвердить свои слова жестом руки, будто нож перерезает горло. Но... Арабские «бараны» просчитались... Они не учли того факта, что у немцев мышление рациональное: даже ругаясь, немец не забудет о полиции, о соблюдении закона, и немец, когда захочет, может поставить на место любого иностранца. Водителя трамвая уже предупредили, двери мгновенно были заблокированы, полиция вызвана.

Трамвай замер. Арабы продолжали давить на кнопки, чтобы двери открылись, а окружившая их толпа издевательски улыбалась. Немцы с удовлетворением смотрели на арабов, которые стали напоминать крыс, попавших в мышеловку.

Мусульмане начали кидаться на немцев, а те, в свою очередь, не оказывали никакого сопротивления. Зачем? Пусть эти исламские мудаки себе статьи наматывают, пусть побольше проявят себя, - глядишь, суд надолго запрёт этих подонков, а может, и вышлет к чертовой матери из страны...



ВЗГЛЯД В БУДУЩЕЕ


Владимир Опендик

НЕ РОЙ СОСЕДУ ЯМУ

Все средства массовой информации сообщают о событиях в Норвегии в городе Осло и на острове Утойа, но почему-то стыдливо умалчивают правду о том, кто и чем занимался в МИДе Норвегии и на этом острове. До сих пор отсутствуют списки убитых, не показывают тех, кто хоронит погибших.

Если бы на острове были мирные норвежские юноши, почему бы не сообщить подробности, как они отдыхали в этом райском уголке северного государства, чем занимались? Никак, играли в безобидный гольф. Тогда откуда на острове появился плакат, прикрепленный к шесту: «Бойкот Израилю»? Очевидно, по недосмотру норвежских социалистов этот лозунг промелькнул в одном из репортажей на экране ТВ. Каким-то образом этот отнюдь не мирный призыв оказался среди норвежской идиллии!

Вскоре выяснилось, что на острове действовал своего рода тренировочный молодежный лагерь, где проводились мероприятия в поддержку Палестины, а высокопоставленные норвежские политические деятели учили более шестисот молодых активистов из арабских и прочих мусульманских стран уму-разуму. За день до событий в столице проходила конференция с участием главы МИД Норвегии, на которой обсуждался бойкот Израиля, а также выражалась поддержка провозглашения независимости будущего палестинского государства. Вот теперь оказался понятным и тот лозунг, который высветился на экране в течение нескольких секунд. МИД Норвегии заявил, что его страна поддерживает заявление в ООН о признании независимости Палестины в границах 1967 года. В тот же день палестинская дипломатическая миссия в Осло получила статус посольства.

Израильская газета «Едиот Ахронот» по-своему пояснила, чем арабские активисты и руководители правящей партии Норвегии занимались на острове: «Рабочая партия Норвегии с удовольствием обслуживала будущих шахидов». В той конференции принимали участие не только молодые активисты, но и представители Палестинской автономии, Ливана и других арабских стран.

Тем не менее, Израиль одним из первых предложил свою помощь норвежскому правительству, но социалисты от помощи отказались. Очевидно, в Израиле посчитали, что их спецназ быстрее долетит до Осло, чем норвежские полицейские доберутся до острова. Как известно, полицейским потребовалось полтора часа, чтобы прибыть на Утойа, хотя до острова можно было доплыть в более короткий срок. Министр юстиции Норвегии в порядке одобрения назвал эти замедленные действия полиции «фантастическими».

Г-н Свейн Севье, норвежский посол в Израиле, пояснил разницу между терактами в Осло и в Израиле: «Масштабы сходны, но палестинцы применяют теракты потому, что их целью является борьба против израильской оккупации. Есть элементы мести, ненависти к Израилю и религиозные мотивы». В этом заявлении оправдываются убийства израильтян, а в отношении теракта в Осло он признал «идеологическое противостояние с Рабочей партией, которая, по убеждению террориста, уничтожала норвежскую культуру».

Теперь несколько слов о враждебной политике норвежских социалистов по отношению к Израилю в течение многих последних лет. Норвегия стала первой европейской страной, которая открыто ратует за признание независимости палестинского государства. Эта страна выступает против строительства поселений и настаивает на необходимости переговоров с ХАМАСом, то есть с организацией, которая не признает право Израиля на существование. Другими словами, Норвегия требует капитуляции еврейского государства перед исламистами.

Как сообщает государственное радио Израиля со ссылкой на телеканал «Аль-Кудс», в распространенном заявлении для прессы террористическое движение ХАМАС не исключает, что двойной теракт в Норвегии совершили агенты «Моссада». Эту ложную версию на российском телевидении немедленно поддержал антисемит М. Шевченко и выдал арабскую ложь за правду. Какое отношение имеет к норвежским юношам маленький Израиль, который постоянно находится под оптическим прицелом мусульманских террористов, Шевченко, конечно, пояснить не смог.

Одна из участниц демонстрации в норвежской столице при возложении цветов на месте теракта в Осло сказала: «Я против ненависти. Я — за любовь». Она не вспомнила, что часть столицы Норвегии сегодня больше напоминает Исламабад, чем Осло, что в мечетях города имамы призывают не к любви к иноверцам, а к совершенно другим чувствам. Ее бы устами да мед пить. Андерс Беринг Брейвик, норвежский красавчик нордического типа, в отличие от руководителей Либеральной правящей партии не захотел, чтобы его родной город превратился в пригород Исламабада, а норвежские красавицы носили бы паранджу. Свою позицию он выразил достаточно четко.

Название норвежской столицы напоминает пресловутые Ословские соглашения, которые под влиянием левых мироборцев был вынужден подписать Израиль. После заключения этих ошибочных соглашений на улицах еврейских городов разразилась кровавая интифада. «Осло» принесло евреям несчастье, потому что подтолкнуло арабов к новому витку ненависти. Норвежские «миролюбцы» и сегодня толкают арабских исламистов к террору и убийствам. Попробуйте найти в их прессе хотя бы слово сочувствия по поводу убийства еврейских детей, о кровавой резне семьи Фогель. Даже не пытайтесь искать, этих слов нет. Тем не менее, на суднах «флотилии свободы», которые дважды пытались прорвать блокаду хамасовской вотчины в Газе и проявить солидарность с самыми агрессивными исламистами, количество провокаторов оказалось гораздо больше, чем в самом Осло.

Норвежские социалисты, которые постоянно оказывают политическую и идеологическую помощь исламистам, провоцируют антиизраильские акции, фактически являются соучастниками исламского террора и должны нести не меньшую ответственность за убийства еврейских детей, чем сами террористы.

Та же израильская газета «Едиот Ахронот» охарактеризовала участников «мирной конференции» на острове Утойа следующим образом: «Никто не ушел обиженным. Хотели крови, хотели смертей, ненависть лили, не жалели… Ну по делам вашим вам и воздастся». Все они получили то, что получили.

На то была Б-жья воля, и Аллаха тоже.



ДОКУМЕНТ

Выступление И.В. Сталина на заседании Президиума Верховного Совета СССР 25 августа 1938 г.

СТАЛИН И. В.: Правильно ли вы предложили представить им список на освобождение этих заключенных? Они уходят с работы. Нельзя ли придумать какую-нибудь другую форму оценки их работы — награды и т.д.? Мы плохо делаем, мы нарушаем работу лагерей. Освобождение этим людям, конечно, нужно, но с точки зрения государственного хозяйства это плохо. Нужно набрать таких людей 10 тысяч, набрано пока 2 тысячи. Будут освобождаться лучшие люди, а оставаться худшие. Нельзя ли дело повернуть по-другому, чтобы люди эти оставались на работе — награды давать, ордена, может быть? А то мы их освободим, вернутся они к себе, снюхаются опять с уголовниками и пойдут по старой дорожке. В лагере атмосфера другая, там трудно испортиться. Я говорю о нашем решении: если по этому решению досрочно освобождать, эти люди опять по старой дорожке пойдут. Может быть, так сказать: досрочно их сделать свободными от наказания с тем, чтобы они оставались на строительстве как вольнонаемные? А старое решение нам не подходит. Давайте сегодня не утверждать этого проекта, а поручим Наркомвнуделу придумать другие средства, которые заставили бы людей остаться на месте. Досрочное снятие судимости — может быть, так сказать? — чтобы не было толчка к их отъезду. Семью нужно дать им привезти, и режим для них изменить несколько, может быть, их вольнонаемными считать. Это, как у нас говорилось, — добровольно-принудительный заем, так и здесь — добровольно-принудительное оставление.

ГАРФ. Ф. 7523. Оп. 67.

Д. 1. Л. 5. Заверенная копия.


МЫ НЕ СДАЕМ КОМНАТЫ ЕВРЕЯМ

В гостиницу вошла дама и обратилась к портье: «Добрый день. Я госпожа Ита Розенберг, приехала в ваш город час назад и очень устала. Я хотела бы снять комнату на ночь». Служащий посмотрел на нее тяжелым взглядом и холодно сказал: «Сожалею, госпожа, но отель совершенно переполнен». В этот момент к стойке подошел человек с чемоданом, отдал ключи и рассчитался за номер.

— Как удачно! — обрадовалась госпожа Розенберг. — Я могу получить его комнату? — Сожалею, госпожа, но мы не сдаем комнаты евреям, — сказал портье.

— Евреям? — закричала женщина. — Это кто здесь еврей? Я – католичка.

Но портье не поверил.

— Если вы католичка, скажите, как зовут сына Божьего.

— Ну, это просто. Его зовут Иисус.

Портье, все еще сомневаясь, спросил: «А как звали родителей Иисуса?»

— Мария и Иосиф, — нетерпеливо ответила мадам Розенберг.

— Если так, то скажите, где родился Иисус.

— В хлеву, в яслях, из которых кормили скотину.

— ОК, — сказал портье. — Вы меня убедили. Получите свою комнату.

— А сейчас вы позволите задать вопрос на эту тему вам? — спросила женщина, крутя на пальце ключ от комнаты.

— Да, конечно! — ответил портье, радуясь, возможности продемонстрировать и свои знания.

— А почему Иисус родился в хлеву, да еще в яслях, из которых кормили скотину?

Портье долго думал и, наконец, признался, что не знает ответа.

— Так почему же? — спросил он.

— Да потому, что уже тогда были придурки, которые не сдавали комнаты евреям.