2011
ноябрь
№11 (148)
Каждый выбирает для себя
женщину, религию, дорогу.
Дьяволу служить или пророку —
каждый выбирает для себя.
Юрий Левитанский

БАБЬИ ЯРЫ ХАРЬКОВЩИНЫ

70-й годовщине трагедии Дробицкого Яра посвящается


Во исполнение постановления Верховной Рады Украины от 5 июля 2011 года № 3560-VI «О 70-летии трагедии Бабьего Яра» и поручения Кабинета Министров Украины от 20 июля 2011 года № 35184/2/1-11 29 сентября 2011 года в Украине на государственном уровне почтили память жертв Бабьего Яра в Киеве. К сожалению, трагедия тех лет коснулась и нашего региона — во многих местах на Харьковщине существуют свои «Бабьи Яры». 29 марта 2011 года главой областной государственной администрации М. М. Добкиным был утвержден План мероприятий к 70-летию трагических событий в Дробицком Яру.

Понимание, научное изучение и отображение периода временной немецко-фашистской оккупации г. Харькова и области невозможно без привлечения архивных документов государственного архива Харьковской области. Документы, отражающие события этого периода, хранятся в 410 фондах госархива. Наиболее важная и ретроспективная источниковая база содержится в фондах центральных оккупационных и коллаборационных структур Харьковщины: городские управы г. Харькова и Харьковской области, районные управы и их отделы в Харьковской области, биржи труда г. Харькова и Харьковской области, органы нацистской пропаганды г. Харькова, комендатуры и органы немецкого хозяйствования г. Харькова и Харьковской области и др. С помощью документов выше­указанных архивных фондов мы попытаемся воссоздать события временной оккупации города и применение репрессивных мер по отношению к еврейскому населению.

После установления оккупационной власти в г. Харькове были приняты постановления, регламентирующие все аспекты жизни мирного населения. Многие из них затрагивали интересы еврейского народа. Например, постановление президиума Харьковской городской управы от 23 ноября 1941 года гласило: «В государственных и общественных учреждениях евреи вообще работать права не имеют. На рукавах «жиды» обязаны носить повязку. Всех евреев [необходимо] переселить в один район. Обратить внимание немецкого командования на желание населения применить меры к евреям из-за того, что «жидовский вопрос» набирает сейчас силу вследствие пожаров, взрывов мин и т.д.»


В городе начались показательные карательные операции в ответ на диверсионные действия подпольщиков: евреев брали заложниками. В живых никто из них не остался. Например, служебная записка бургомистра А. И. Крамаренко бургомистру V района от 14 ноября 1941 года указывала на необходимость «собрать в помещении своего района не менее 50 (можно и больше) коммунистов и жидов и удерживать их. Немецкие солдаты прибудут для поддержки акции».

Следующим шагом оккупационной власти стала всеобщая перепись населения города, проведенная, прежде всего, с целью выявления лиц еврейской национальности. 5 декабря 1941 года появилось объявление Харьковской городской управы о начале 6 декабря регистрации всего населения г. Харьков, согласно которого: «Еврейское население проходит регистрацию отдельно от остального населения — по отдельным спискам. Укрытие национального происхождения будет строго наказано. За прохождение регистрации с каждого взрослого жителя взимается плата в размере 1 руб., а с евреев — 10 руб.». В декабре 1941 г. в городе была проведена перепись населения, в ходе которой еврейское население вносилось в специальные бланки, так называемые «желтые списки». В этих списках в графе «национальность» (вне зависимости от языка заполнения бланка) в случае с евреями стоит, в основном, пренебрежительная запись «жиды». Примечательно, что в переписи населения оккупированного города за июль 1943 г. «желтых списков» уже нет...

В госархиве хранится также справка о количественном и национальном составе г. Харьков по результатам переписи населения в декабре 1941 г.: «из 456639 тыс. чел. жителей евреев — 10.271 тыс. чел.»

Все переписанные харьковчане еврейской национальности на основании приказа немецкого командования от 14 декабря 1941 года в двухдневный срок подверглись выселению в 10-й район города (бараки Тракторного и Станкостроительного завода), о чем свидетельствую многочисленные списки выселяемых евреев из фондов госархива (Ф.Р-2982, оп. 3, д. 16, л. 9). «В бараках, в которые сгонялось еврейское население, двери и окна были выломаны, водопровод и печи разрушены. В рассчитанные на 60-70 человек бараки загонялось от 700 до 800 человек. В созданном «гетто» немцы морили людей голодом, запрещали им ходить за водой и продуктами. Замеченные в малейшем нарушении установленного режима немедленно расстреливались.»

После освобождения города в 1943 г. была создана Харьковская областная комиссия по установлению и расследованию злодеяний, нанесенных немецко-фашистскими захватчиками организациям и населению г. Харькова и Харьковской области, отчеты которой дают представление о масштабах той трагедии. «За время оккупации г. Харькова немецко-фашистскими захватчиками... еврейское население подверглось поголовному уничтожению. По неполным данным только в течение декабря 1941 г. и января 1942 г. возле хут. Рогань в 8 км от Харькова, в так называемом Дробицком Яру, было расстреляно свыше 15 тыс. евреев.... Акты чудовищных злодеяний над мирным населением подтверждены показаниями свидетелей, актом медицинской экспертизы и другими документальными материалами». Комиссией установлены также другие факты злодеяний оккупантов по отношению к еврейскому населению: «Немецкие оккупанты в декабре 1941 г. оставшихся в городе евреев-стариков калек и детей, которые не в состоянии были дойти до места поселения, собрали в здании синагоги на Мещанской улице, где большая их часть замерзла, а некоторые умерли от голода. Таким образом, в здании синагоги погибло около 400 человек».

В фондах госархива сохранился очень ценный документ — стенограмма беседы с Черненко Анной Ивановной, в котором отражена судьба человека, пережившего ужасы тех лет. В этой беседе она вспоминает переселение евреев в бараки Тракторного завода, бесчеловечные условия жизни там, массовый насильственный вывоз евреев в Дробицкий Яр. Женщине чудом удалось бежать, ей пришлось полтора (!) года скрываться в пустующей квартире, не выходя на улицу (Ф.Р-3746, оп. 1, д. 167, лл. 1-5). Ее пример свидетельствует, что немногим все-таки удалось избежать ужасной участи жертв Дробицкого Яра.

Поэтому и после массового уничтожения еврейского населения в декабре 1941 г.- январе 1942 г., среди мирных жителей Харькова продолжали выискивать «жидов». 6 января 1942 года было разослано постановление руководителя отдела искусств во все культурные учреждения г. Харькова с указанием «провести проверку личного состава сотрудников и учеников для выявления всех жидовских элементов или семейно связанных с ними (жены, родители, др.)»

Согласно приказу бургомистра г. Харькова от 23 января 1942 года № 53 даже была создана особая часть «по окончательному выявлению всех жидо-коммунистических остатков» в городе, которая была обязана проверять всех подозрительных жителей.

Дробицкий Яр навсегда останется в мрачной хронике Второй мировой войны и человеческой памяти одним из символов Холокоста, подобно Аушвицу и Треблинке, Собибору и Бабьему Яру, тысячам других мест массового уничтожения евреев на территориях, оккупированных нацистской Германией. Всего здесь фашистами были расстреляны, заколоты штыками, задушены газами и закопаны живыми по разным данным от 16 до 30 тыс. мирных жителей, большинство из которых были евреями.

Сегодня на месте той трагедии возведен мемориальный комплекс. Величественный архитектурный ансамбль служит символом почтения памяти погибших, местом воспитания будущих поколений, чтобы подобные трагедии не повторялись впредь.

Ведущий специалист ГАХО Юлия Кожедуб



К 70-ЛЕТИЮ ТРАГЕДИИ ДРОБИЦКОГО ЯРА


ПИНЯ

Ему было лет 60. Семья – человек десять взрослых детей. Самый старший – Лазарь. Самая младшая Женя – ей около 10-ти. Я старше года на три, сосед по дому. Женька мне нравится – она такая озорная, похожа на отца. Такие же карие глаза и чёрные, как смоль, волосы, вьющиеся и красивые, смуглый цвет лица.

Жили мы в Харькове по ул. Змиевской № 9 (сейчас это проспект Гагарина). Большой двор с одноэтажными и двухэтажными домами, где жили русские, украинцы и евреи.

Пиня носил фамилию Блат. Он не говорил, где и когда потерял ногу. Вместо неё был обрубок деревянный, который, вероятно, он сам смастерил. Утром Пиня привязывал его ремнями и отправлялся на работу. Торговал французскими булочками, сейчас они называются городские. Товар он получал в булочной, через дорогу. Укладывал их в корзину в тачку на подшипниках и вёз продавать на станцию Левада – это недалеко от дома. Приезжавшие из посёлка в город рабочие раскупали горячие булочки. За утро он успевал раза три обернуться и кормил всю семью.

После работы вся семья считала деньги. Копеечка, две копеечки, три, пять, пятнадцать и двадцать укладывались стопочками, так было легче считать. Всё это проходило в полном молчании и только после подведения «итогов» можно было расслабиться. Я наблюдал эту церемонию из окна, ожидая, когда отпустят Женьку. Она, как мальчишка, лазила со мной по заборам и вместе с ребятами играла в войну.

Когда началась настоящая война, мы с ней сбрасывали с крыш «зажигалки» и собирали горячие ещё осколки от зенитных снарядов, которые с грохотом падали на крышу, иногда пробивая железо. Красиво было смотреть тёмной ночью, как перекрещивались лучи прожектора, поймав самолёт, и вели его по небу, помогая зенитчикам определить направление и скорость. А вокруг в небе, белыми облачками, рвались снаряды.

Осенью немцы вступили в Харьков. Евреи побогаче, чувствуя недоброе, эвакуировались. А что было делать Пине?

По приказу военного коменданта все оставшиеся евреи должны были носить нарукавные повязки с шестиконечной звездой. У кого её не будет – капут. На улице появились знамёна со свастикой и портреты Гитлера-вызволителя, а на балконах домов — повешенные «партизаны и юды», как было написано на табличках, которые вешали на грудь. Начались облавы на людей, подозрительных забирали и увозили. Город вымер. После четырёх часов нельзя было выходить на улицу – комендантский час, стреляли без предупреждения. Света не было, воду носили из речки, доедали остатки продуктов.

Я жил с мамой, у которой начался открытый процесс туберкулёза. Она кашляла кровью. Отца в 1935 году арестовали как врага народа. Он работал в Наркомпросе в газете «Вісті» корректором. У Пини тоже не было ничего.

Начались холода. На воротах немцы вывесили объявление и по всему городу: «Ахтунг, Ахтунг! Всем евреям, проживающим в городе, немедленно выехать в район тракторного завода на новое место жительства. Кто не выполнит приказа коменданта – расстрел».

Евреи начали собираться на новое место жительства. Пиня купил заранее тачку на двух больших колёсах, сложил в неё все пожитки и на другой день, рано утром, собрав всю свою семью, подъехал к воротам нашего двора. Через плечо у него была переброшена лямка. Любимая, его и моя, Женька сидела наверху, держась за верёвки – семья сзади. Снизу тачки было привязано ведро. Пиня что-то сказал по-еврейски и замолчал. Когда открыли ворота, я не выдержал и заорал на весь двор : «Женя, куда ты?» Она повернулась ко мне и ничего не сказала. А Пиня только воскликнул — «Эх!».

Когда Борис Штокалов поёт романс Рахманинова: «Когда бы мог выразить в звуке всю горечь страданий моих», — я вспоминаю Пиню. В этом «Эх!» звучала такая обида и горечь. Гордо тряхнув кудрявой красивой головой, он подался вперёд, и тачка с Пиней и Женькой, подталкиваемая сзади детьми, покатилась навстречу смерти.

Владимир Кузьменко, Харьков

Из архива Харьковского музея Холокоста. Публикуется впервые


НЕДЕЛЯ ПАМЯТИ В ГИМНАЗИИ
ИМ. В. Г. КОРОЛЕНКО

Харьковский музей Холокоста уже много лет сотрудничает с гимназией для слабовидящих им. В. Г. Короленко. К 70-летию памяти жертв Бабьего Яра, который в этом году отмечали на государственном уровне, в гимназии был проведен цикл мероприятий для учащихся 8-11 классов. Открылись мероприятия лекцией ст. научного сотрудника музея Холокоста Юланы Вальшонок, которая рассказала об одной из самых мрачных страниц истории Второй мировой войны — трагедии еврейского населения Киева, когда осенью 1941 года нацисты за два дня расстреляли в оврагах Бабьего Яра свыше 33 тысяч детей, женщин, стариков. Она рассказала о забвении памяти при советской власти, о том, как запрещали приходить на могилы расстрелянных их родственникам, как долгие годы не было памятника в Бабьем Яру.

Затем был показан художественный фильм «Бабий Яр», снятый режиссером Николаем Засеевым – Руденко. Главные роли в фильме исполняли известные актеры Элина Быстрицкая и Игорь Васильев. Как позже рассказывали преподаватели гимназии, дети несколько дней ходили под впечатлением от фильма. И последним аккордом, завершающим неделю памяти, была поездка с председателем областного комитета «Дробицкий Яр» Леонидом Леонидовым на место бывшего гетто, куда согнали в декабре 1941 года еврейское население Харькова, а затем расстреляли всех узников гетто в оврагах Дробицкого Яра.

Главная идея проведенных мероприятий в гимназии — надо не только хранить память о страшных трагедиях Второй мировой войны, но и делать все возможное, чтобы не повторить таких трагедии в будущем.

Симон Фалев


«НАУЧНАЯ» ФАНТАСТИКА

Организация Объединённых Наций по вопросам образования, науки и культуры (ЮНЕСКО) проголосовала 31 октября за признание Палестины своим полноправным членом. Чтобы решение о принятии Палестины в состав ЮНЕСКО вступило в силу, Палестина должна подписать и ратифицировать Устав ЮНЕСКО, который хранится в архиве правительства Соединенного Королевства в Лондоне, где он остается открытым для подписания.

При голосовании 107 государств-членов высказались в поддержку принятия Палестины, 14 — против, 52 — воздержались.

Для приема в состав ЮНЕСКО государств, не являющихся членами ООН, требуется рекомендация Исполнительного совета и поддержка большинства в две трети голосов, поданных на Генеральной конференции от присутствующих и голосующих государств-членов (воздержавшиеся не рассматриваются в качестве голосов).

В тоже время, некоторые считают, что таколй шаг может стать серьезным препятствием на пути установления мира на Ближнем Востоке. Основной донор ЮНЕСКО Вашингтон пригрозил перекрыть свое финансирование Организации на сумму около 80 млн. долл ежегодно, если Палестина будет принята в ее ряды. Канада (по материалам: Би-би-си) вчера отказалась от финансирования ЮНЕСКО (10 млн долл. в год). в ответ на решение Организации. Министерство иностранных дел Канады объяснило решение Оттавы тем, что вхождение Палестинской администрации в качестве равноправного члена ЮНЕСКО не способствует решению палестино-израильского конфликта и усложняет ситуацию на Ближнем Востоке.

Посол Израиля при Организации Нимрод Баркан сказал: ЮНЕСКО должно заниматься наукой, а не научной фантастикой». «Это решение не превратит Палестинскую администрацию в фактическое государство, но создаст дополнительные препятствия для возобновления диалога» — говорится в заявлении МИД.

«Такой шаг создает прецедент, при котором Палестина, по сути, получила статус независимого государства в обход стандартных процедур признания новых стран на Генассамблее и Совбезе ООН», — пишет «Российская газета», отмечая, что ЮНЕСКО пополнилось государством-призраком. По мнению обозревателя «РГ», такое решение существенно ослабляет значение Совета Безопасности как единственной структуры, наделенной политическим правом на признание вновь создаваемых государств.

Среди поддержавших палестинскую заявку — Россия, Франция, Норвегия, Люксембургш, Испания, Греция, Финляндия и Турция. Против выступили, в частности, Швеция, Чехия, Германия, Австралия, Канада, США, Израиль. Воздержалась при голосовании Великобритания. (Нигде не удалось обнаружить, как голосовала Украина).

Членом Организации Объединённых Наций по вопросам образования, науки и культуры стала арабская автономия, отказывающаяся признать право евреев на национальное государство, систематически оскверняющая и уничтожающая артефакты периода еврейских царств в Эрец-Исраэль, объявляющая все еврейские святыни мусульманским достоянием и наполняющая учебники в своих школах подстрекательствами к уничтожению Израиля…


НОВОСТИ ЕАЕК

Соучредители Евроазиатского еврейского конгресса: Еврейский конгресс Казахстана (президент Александр Машкевич), Федерация еврейских организаций и общин России-Ваад (президент Михаил Членов) и Ассоциация еврейских организаций и общин (Ваад) Украины (председатель Иосиф Зисельс) в лице своих руководителей завершили консультации с потенциальными кандидатами на пост президента ЕАЕК. Руководители указанных организаций-соучредителей единогласно сошлись на кандидатуре Вадима Шульмана, которого и рекомендуют ближайшей сессии Генерального совета ЕАЕК в качестве кандидата на пост президента Конгресса.

Руководство ЕАЕК по согласованию с Вадимом Шульманом планирует провести во второй половине ноября в Израиле сессию Генсовета ЕАЕК, в ходе которой будет принята отставка действующего президента Александра Машкевича и пройдет представление Вадима Шульмана, после чего состоится его утверждение в качестве и.о. президента ЕАЕК. В соответствии с Уставом ЕАЕК окончательные выборы и утверждение нового президента планируется провести на внеочередном заседании Генеральной ассамблеи ЕАЕК во втором квартале 2012 г.

Напомним, что действующий президент ЕАЕК Александр Машкевич в конце июня объявил о своем намерении оставить пост руководителя Конгресса в связи с решением сосредоточиться на развитии бизнеса, а также занятостью в других общественных проектах.

Вадим Маратович (Натан) Шульман родился в 1960 г. Окончил Горнорудный институт в г. Кривой Рог (Украина) по специальности инженер-строитель подземных сооружений, десять лет работал на шахте.

С 1991 г. занимается бизнесом в сферах горнодобывающей, химической и энергетической промышленности, а также телекоммуникаций. С 2006 г. возглавляет Федерацию тенниса Украины.

Вадим Шульман много занимается благотворительностью, поддержкой еврейской общинной жизни в Украине и помощью Израилю. Принимал участие в финансировании Центральной синагоги Киева (синагоги Бродского). Построил в Иерусалиме школу и общежитие для детей — выходцев из СССР. Финансировал строительство еврейского дома престарелых. На собственные средства построил в Кривом Роге новую синагогу «Бейс Штерн Шульман». Выступил инициатором и спонсором проекта многосерийного документального цикла «Третья мировая началась», посвященного проблеме международного терроризма.



КУЛЬТУРА И ПОЛИТИКА


ВАГНЕР, ЕВРЕИ, ИЗРАИЛЬ

Вагнер — политика? Нет, конечно, — это музыка. Однако о вкусах не спорят. Да, конечно, — он сформулировал действенную теорию антисемитизма. Однако история не знает сослагательного наклонения...

Вот уже более двадцати лет в Израиле предпринимаются попытки исполнить произведения Рихарда Вагнера. Музыку Вагнера перестали играть в то­гдашней Палестине еще в 1933 году. Было это после «Хрустальной ночи» в Германии, когда создатель Палестинского филармонического оркестра, знаменитый скрипач Бронислав Губерман, вернувшийся из Германии, заявил, что Вагнера играть не будет, объяснив, что Вагнер — это символ нацизма.

Тот самый филармонический оркестр, который тогда отказался от Вагнера, вот уже более двух десятилетий пытается исполнить его. Это было в 1981 году, когда знаменитый Зубин Мета объявил о своем желании исполнить Вагнера, а израильская общественность ответила грандиозным скандалом.

Попытка была повторена 10 лет спустя израильским дирижером и пианистом Даниэлем Баренбоймом, реакция была такой же. В 2001 году Баренбойм все же исполнил фрагмент из музыки Вагнера с Берлинским филармоническим оркестром на фестивале в Иерусалиме. Это не изменило отношения к Вагнеру и его музыке.

Вагнер в глазах израильтян остается символом нацистской Германии, и неисполнение его музыки в сознании многих израильтян стало нерукотворным памятником 6 миллионам евреев, погибших во время Холокоста.

Сегодня мы предлагаем вниманию наших читателей статью, написанную знаменитым дирижером Юрием Арановичем полтора десятка лет назад. Нам кажется необходимым и важным опубликовать этот текст именно сейчас, когда проблема межнациональных отношений в нашей стране стоит достаточно остро.

Алла Бур, литературные дневники




Похоже, что пушкинский Моцарт ошибался, утверждая, что «гений и злодейство несовместны». История воинствующего вагнеровского антисемитизма в очередной раз доказывает, насколько опасны идеи расовой ненависти и болезненной ксенофобии, когда исходят они не из уст полупьяного колбасника, а принадлежат представителям национальных творческих элит.

«Нам не дано предугадать, как слово наше отзовется». Увы, дано. Слова одного из величайших композиторов XIX века отозвались миллионами трупов и одной из страшнейших трагедий в мировой истории. Собственно, именно об этом и идет речь: об ответственности духовных лидеров наций перед историей и людьми.

«Евреи — это черви, крысы, трихины, глисты, которых нужно уничтожать, как чуму, до последнего микроба, потому что против них нет никакого средства, разве что ядовитые газы». Р. Вагнер. Письмо к Козиме Лист (жене Вагнера) в 1849 г.

В одном из израильских русскоязычных журналов я прочел, что о Вагнере больше нигде не спорят, кроме Израиля. Передо мной книга Клауса Умбаха «Рихард Вагнер» (Клаус Умбах — один из самых серьезных и глубоких исследователей творчества Вагнера), которая начинается словами: «Даже через 100 лет после смерти Вагнера его физическая смерть вызывает большие дискуссии. Был ли Вагнер вообще человеком? Был ли он музыкантом? Вел ли он священную войну за свои религиозные и шовинистические убеждения или занимался только тем, что прекрасными звуками изображал прелесть искусства?» Сама эта цитата говорит о том, что не только в Израиле и других странах, но и в самой Германии еще не решен вопрос — кто такой Рихард Вагнер.

Не решен настолько, что второй том дневников жены Вагнера, Козимы, не разрешили печатать по цензурным соображениям, ведь дневники Козимы — это стенографическая запись ее бесед со своим мужем. Мы много спорим о Вагнере. Спорим темпераментно, но я думаю, что не всегда знаем, о чем идет речь. Объяснений этому много. Прежде всего, именно мы, выходцы из СССР, знаем о Вагнере меньше всех.

В Советском Союзе Вагнер-человек был неизвестен абсолютно. Его антисемитская философия не упоминается ни в одном труде о Вагнере, а русский перевод его опер очень далек от оригинального текста. Я понял это только на Западе, близко познакомившись с оригинальными либретто опер Вагнера.

Вначале приведу несколько цитат. В своей книге, одну из глав которой Вагнер называет «Ожидовевшее искусство», он пишет: «Было бы глубочайшей ошибкой отделить Вагнера, мыслителя и философа, от Вагнера-композитора. Может быть, в других случаях это возможно, но в моем — нет». Вагнер не оставляет никаких сомнений в том, что он хочет сказать своей музыкой. В письме к Листу в 1848 году он приглашал его (как Вагнер сам пишет) «...Заниматься музыкальным терроризмом».

И действительно, с полным основанием Вагнера можно назвать первым музыкальным террористом нашего времени. И точно так же, как, например, Арафат и его организация заложили краеугольные камни терроризма интернационального, Вагнер является автором теории музыкального терроризма и вообще терроризма в искусстве.

Поэтому наше отношение к Вагнеру должно выражаться как отношение к идео­логу определенного течения, определенной цели в музыкальном искусстве. И не только в музыке, но и в политике, общественной жизни.

Какова же была его основная цель? Ее Вагнер выражает совершенно ясно в последней главе своей нашумевшей и не перестающей вызывать ожесточенные споры до наших дней книги, одна из глав которой называется «Окончательное решение еврейского вопроса» (кстати, он первый ввел этот термин).

Вагнер написал письмо в баварский парламент, в котором предлагал свой план уничтожения евреев. Ни один из музыкантов, и не только музыкантов, но и философов вообще, никогда до Вагнера не выступал с программой уничтожения народа.

Даже Ницше, которого трудно заподозрить в симпатиях к евреям, написал ему письмо, где сказал, что за это предложение Вагнер достоин того, «чтобы он умер в тюрьме, а не в своей постели». В своем письме Вагнеру Ницше заявляет открыто: «Вы не человек, вы просто болезнь».

Вагнер заботился о том, чтобы его идеи были ясно поняты последующими поколениями. Например, на праздновании 68-летия, за год до смерти, Вагнер в ответной речи сказал: «Моя дирижерская палочка еще много раз будет показывать грядущим поколениям, на какой путь они должны стать».

Каким же действительно был путь, на который направлял Вагнер последующие поколения? Первая и главная цель — освобождение человечества от евреев.

Во-первых, потому что «евреи, как мухи и крысы: чем больше вы их уничтожаете, тем больше они плодятся. Не существует никакого средства кроме тотального уничтожения. Еврейская раса родилась как враг человечества и всего человеческого. И особенно враг всего немецкого. И до того, пока последний еврей не будет уничтожен, немецкое искусство не может спать спокойно». Эта идея была, как Вагнер сам говорит, «лейтмотивом моей жизни».

Посмотрим, совпадают ли его слова, его ненависть к евреям с той музыкой, которую он пишет. Может быть, действительно это только слова, а музыка прекрасна?

Вагнер на самом деле не является архитектором новой оперы. В жанре оперы он пользовался новыми приемами, украденными, в частности, у Листа. Не будем переоценивать значение Вагнера в музыке. Он привел жанр оперы в тупик и поэтому не имел последователей. Было, правда, несколько неудачных имитаторов, эпигонов, но, если мы говорим о музыке конца XIX и XX столетий, ни один композитор практически не пошел за Вагнером.

Его открытия были сделаны на бесплодной почве. Принцип речитативного развития музыкальной ткани не нашел никаких последователей, потому что был мертв, потому что у Вагнера он был связан со словом и слово было носителем идеи, а идея была сама по себе античеловеческая. В этом — существо творческого банкротства Вагнера.

Вагнер, разговаривая, вещал в очень возвышенно-мистических тонах. «Слово — «самка», которая родилась для того чтобы быть беременной, и слово беременно моей идеей».

А идеи были самые ужасные. Попытаемся связать, например, музыкальными интонациями те слова, которые он вкладывает в уста Миме, персонажа из «Кольца нибелунга». Этот отвратительный карлик — олицетворение еврейства — по желанию Вагнера должен быть таким ужасным, что даже петь обязан с еврейским акцентом.

Я хотел бы отослать сторонников и любителей музыки Вагнера к этим страницам партитуры и потом спросить их, хотят ли они что-либо подобное слушать со сцены в Израиле. К сожалению, все эти тонкости практически неизвестны не только любителям музыки, но часто даже профессионалам-музыкантам.

Зато защитникам Вагнера очень хорошо известно, например, о том, что первым дирижером оперы Вагнера «Парсифаль» был еврей Герман Леви, и это важный аргумент в устах защитников Вагнера.

Но им нужно вспомнить или знать о том, как все это происходило на самом деле. Герман Леви по контракту был придворным капельмейстером баварской Королевской капеллы. Оркестр этот не имел права выступать ни с кем другим, кроме Леви. Контракт не мог отменить даже Людвиг Второй, король Баварии.

Однако в случае с «Парсифалем» и Германом Леви между Рихардом Вагнером и баварским королем был составлен новый контракт. Тех, кто хочет убедиться в его существовании, мы можем направить в музей немецкого искусства в Мюнхене. Фотокопия этого документа, который очень неохотно дают посетителям, находится в музее Вагнера в Байрейте. А те, кому и то и другое трудно или невозможно, могут найти подробное описание этого контракта в книге Клауса Умбаха «Рихард Вагнер».

Контракт этот состоит из трех пунктов. Первый: до того, как Герман Леви начнет первую репетицию, он должен креститься. Во втором пункте Вагнер оговаривает себе право никогда не разговаривать даже с крещеным Германом Леви непосредственно, а всегда только через третье лицо. Третий пункт: после первого исполнения «Парсифаля» Вагнер оговаривает себе право в присутствии баварского короля Людвига Второго сказать Герману Леви, что он, как еврей, имеет только одно право — умереть и как можно скорее. Под контрактом есть приписка, сделанная Вагнером и баварским королем: «Контракт был выполнен во всех его пунктах».

Можно попытаться обнаружить начало антисемитизма Вагнера. Он стал юдофобом после смерти его матери и последовавшей вскоре после этого смерти его первой жены Минны Планер, которая была еврейкой. В одном из своих писем в этот период Вагнер неожиданно пишет: «Я был на кладбище и посетил могилу моей любимой собаки» (собака лежала рядом с его женой, но Вагнер пишет только о посещении могилы любимой собаки). Именно в этот момент начинается вспышка зоологического антисемитизма, который не оставляет Вагнера до самой смерти.

Однако вернемся к «Парсифалю», который занимает в творчестве Вагнера особое место. Он называл эту оперу «завещанием для будущих потомков». В предисловии к первому изданию «Парсифаля» Вагнер писал: «В моей опере «Парсифаль» я представляю идею фигуры Христа, которая очищена от еврейской крови». Для Вагнера «Парсифаль», как он сам называет, — это «избавление от Избавителя».

Почему нужно избавиться от Христа? Вагнер пишет дальше: «Ведь в жилах Христа текла еврейская кровь». Отталкиваясь от этого, Вагнер пускается в долгие философствования о том, какая часть еврейской крови может дать право человеку считаться неевреем.

И вот что он пишет в своем дневнике и что подтверждает также дневник Козимы Вагнер, его второй жены: «Сначала я пришел к выводу, что одна шестнадцатая доля еврейской крови уже может освободить еврея от его преступления перед человечеством».

Кстати, напомним, что эту пропорцию — одна шестнадцатая — Гитлер считал уже достаточной, для того чтобы изолировать, но не уничтожать человека физически.

Но потом, как пишет Вагнер: «Я пришел к выводу, что даже одной микроскопической капли крови (он употребляет даже не слово «капля», а «целле» /клетка/), одной микроскопической клетки еврейской крови уже достаточно, чтобы человек никогда не смыл с себя позор быть евреем, и он должен быть уничтожен».

Здесь мы видим, что Вагнер пошел даже дальше нацистов. И вот этой-то идее посвятил себя Вагнер в «Парсифале».

И еще одна цитата. Вагнер просит, чтобы перед исполнением «Парсифаля» на сцене была разыграна мистерия, в которой «тело Христа будет сожжено вместе с другими евреями как символ избавления от еврейства вообще». Но даже во времена Вагнера никто не решился на подобные вещи.

Или приведу такой диалог между Кундри и Парсифалем, когда Кундри не знает, кто пришел, и она говорит: «Кто ты, неизвестный путник? Ты устал, и твои руки обагрены кровью. Но если они обагрены еврейской кровью, тогда ты желанный гость в моем доме».

После окончания работы над «Парсифалем» Вагнер писал своей жене, что «звуки уничтожения, которые я написал для литавр в соль миноре, олицетворяют гибель всего еврейства, и, поверь мне, я не написал ничего прекраснее».

Я хотел бы спросить у защитников Вагнера, знают ли они об этом? И те, кто знает, хотят ли они слушать его произведения, или, может быть, эти слова заставляют задуматься о том, что музыка не всегда является сочетанием звуков, иногда она может быть оружием смерти.

Даже Ницше назвал «Парсифаль» черной мессой. И это действительно так. Из того, что Вагнер посеял на музыкальной почве, взошли хорошие всходы.

Очень часто можно слышать: «Да, но Вагнер в этом не виноват». К сожалению, все, что пишет сам Вагнер о себе, опровергает подобный подход. Потому что Вагнер не только хотел осуществления своих идей, но даже сказал: «И после нашей смерти (он называл себя во множественном числе, ибо считал, что он и Б-г — это почти одинаковые по важности явления) мы сверху будем следить, чтобы все шло по пути, указанному нами».

Именно эти идеи Вагнера были приняты нацистским режимом, и не было необходимости изменять ни мелодию, ни слова — все подходило и без этого.

Юрий Аранович



ПОСЛЕСЛОВИЕ К 11 СЕНТЯБРЯ


ПОСЛЕДНИЙ ЗВОНОК

11 сентября 2001 года один из Нью-Йоркских раввинов получил очень странный звонок. Звонивший представился раввином Шими Бигалайзером и просил как можно быстрее развести его с женой... Просьба более чем странная, но рав выслушал до конца звонившего... Раввин Шими Бигалайзер прекрасно знал, что по еврейским законам, если в случае гибели супруга не могут опознать его тело, его жена не может вторично выйти замуж, а то, что его не смогут опознать, он был уверен...

Арье Юдасин написал стихотворение на основе тех событий: «Когда я его писал — плакал. Меир Левин плакал месяц, каким-то чудом сумел спеть — разрыдался сразу после записи. Это — о Человеке. Еврее».


«ПОСЛЕДНИЙ ЗВОНОК»

Пямяти рава Шими Бигалайзера,

погибшего в Нью-Йорке 11 сентября 2001 г.


Небоскреб самолетом прошит подо мною,

От земли отделен, я почти в небесах.

И от близких огонь отделяет стеною,

На последних шагах, на последних весах.


Я вот-вот поплыву по небесному полю,

Но на этой Земле я не жил одинок.

Может, кто-то услышит последнюю волю?

Может, кто-нибудь примет последний звонок?


Разведи-ка нас, рав, разведи поскорее,

Пять минут остается на жизнь у меня!

Малый остров любви я спасти не сумею,

И нахлынет палящее море огня.


Я жене завещаю найти себе друга,

Пусть он будет и прям, и надежен, как щит.

Вот последняя воля отца и супруга.

Да услышит мой Б-г и детей защитит!


Вот проходит вся жизнь на стекле предо мною,

Школа — сколько я отдал ей денег и сил!

Черный дым, едкий дым подступает стеною.

Б-же, дай этим детям, что я попросил!


Разведи-ка нас, рав, разведи поскорее,

Две минуты осталось на жизнь у меня!

Малый остров любви я спасти не сумею,

И нахлынет палящее море огня.


«Друг, о них позаботься! Прощай, мне не выйти.

Я люблю тебя, Мири!» — успею сказать.

Вот разбито окно. Вот небесные выси.

Но густеющий дым разъедает глаза.


Я успею сказать, сколько должен кому я.

Где взять деньги. Что делать любимой с детьми.

Слава Б-гу, я жил, ничего не воруя.

Люди, я вас любил! Люди, станьте людьми!


Разведи-ка нас, рав, разведи поскорее,

Семь секунд остается на жизнь у меня!

Малый остров любви я спасти не сумею,

И нахлынет палящее море огня.


Я воскликну: «О Б-г!», телефон онемеет,

И прервется псалом, что, прощаясь, читал.

Б-же, был я хасидом. Раввином. Евреем.

А теперь Твоей искрою в вечности стал.


В миг последний не лгут. Я любил тебя, Мири!

Наши дети — я ангелом буду для вас.

Белый остров любви — вот последнее в мире,

Что с собою возьму, что для вечности спас.


Разведи-ка нас, рав, разведи поскорее,

Лишь секунда осталась на жизнь у меня!

Малый остров любви я сберечь не сумею,

И нахлынет палящее море огня.


10 ЛЕТ СПУСТЯ

В дни десятилетия трагедии 11 сентября траурные церемонии проходили и в Израиле. Там, среди прочих, как героя поминали человека, о котором странным образом забыли в Америке.

А ведь он стал первой жертвой того ужасного дня. Он был человеком, который вступил с террористами в бой и чуть было не заставил их отступить. Он почти сумел крутануть ужасное раскрутившееся колесо национальной, нет, общечеловеческой судьбы, — в другую сторону.

Вам что-то говорит имя Даниэля Левина? Не говорит, правда? Вот я — об этом... Итак, 11 сентября 2001 года в самолете «Боинг-767» из Бостона в Лос-Анджелес летел молодой человек со смешливым и умным лицом — 31-летний Дани Левин, интеллектуал и миллионер, основатель компании «Акамаи Текнолоджис», создатель новых инновационных алгоритмов для оптимизации интернет-трафика.

И все у него было хорошо в тот день. Близился день защиты его докторской диссертации. Возглавляемая им компания была одной из самых успешных на рынке. За его изобретение дрались Microsoft, Apple и Google. А все утро перед отлетом в Лос-Анджелес он провозился со своими двумя маленькими детьми. «Боинг-767» первым врежется в башни Всемирного торгового центра. Но Дани Левин в этот момент уже будет мертв. Посмертно он будет удостоен многих премий за прорыв в области хай-тека. Его назовут в десятке людей, совершивших самые крупные открытия в этой сфере.

Дани родился в Денвере. Когда ему было 14 лет, семья репатриировалась в Израиль. Там он учился в школе, там служил в армии, там блестяще закончил прославленный хайфский Технион — считающийся одним из лучших в мире, университет, готовящий специалистов технических специальностей. Службу в армии он проходил в войсках «Саерет Маткаль» (спецназ Генштаба), элитных войсках, эдакой израильской гвардии, в которой солдаты получают великолепную подготовку, — и это оказалось важным для всего, что произошло в тот день.

Левин летел в бизнес-классе, и когда террористы объявили, что самолет захвачен... израильский спецназовец в момент вытеснил в нем компьютерщика-интеллектуала, и невооруженный Дани Левин принял бой.

Загородив собой проход между креслами, стоя спиной к кабине пилотов, он стал методично сносить челюсти налетавшим на него с ножами террористам.

Мы знаем об этом по сообщениям тех пассажиров, кому в этот момент удалось позвонить по мобильным телефонам своим близким и рассказать о присходящем. И еще из этих сообщений мы знаем, что, несмотря на наличие на борту 81 пассажира и 11 членов экипажа, Дани Левин сражался — один.

А вот в том, как он погиб, есть определенные разночтения. Официальная версия сообщает, что накинувшийся на Левина сзади саудовский террорист Сатам аль-Суками перерезал ему горло, и версия эта вызывает большие сомнения у Израиля, да и не только... Во-первых, утверждают израильтяне, не так-то просто, накинувшись на спецназовца, пусть даже не вооруженного, перерезать ему горло.

А во-вторых... А во-вторых, издание «Уорлднет Дейли» раздобыло и опубликовало черновик заявления FAA (Федерального управления авиационного контроля), в котором говорилось, что пассажир, занимавший кресло 9В, был застрелен. А в кресле 9В летел Дани Левин...

Но то был черновик. А из официального заявления Федерального управления авиационного контроля слово «застрелен» исчезло, и сообщалась уже версия о перерезанном горле. Установить стопроцентную правду теперь практически невозможно — не осталось ни свидетелей, ни даже останков.

Зато можно попытаться понять, почему даже в год десятилетия трагедии о Дани Левине в Америке предпочли не вспоминать — ну разве как о гениальном компьютерщике. Тому возможны три причины.

Причина первая. В тот день в Америке было столько всего, и героев было тоже столько (и среди пожарных, и среди полицейских, и среди машинистов метро), что разве всех назовешь...

Причина вторая. Из-за того, что Дани Левин был израильтянином, да еще бывшим спецназовцем Генштаба, все произошедшее изначально окрашивается в привычные цвета арабо-израильского противостояния, нежелательные в случае, когда речь идет об американской национальной трагедии.

Причина третья....и, как мне кажется, главная. Если начать вспоминать о Дани Левине, придется разбираться и в обстоятельствах его гибели. А это — крайне нежелательный вопрос.

Ведь если выяснится, что Левин был застрелен, придется признать, что террористы пронесли на борт самолета не японские ножи для вскрытия картонных ящиков, а огнестрельное оружие. И тогда спрашивается: как же функционировало пресловутое Федеральное управление авиационного контроля, если в самолет могли сесть вооруженные пистолетами или автоматами люди?!.. И не только спрашивается. Не только спрашивается, но еще дает повод для многомиллионных исков семей всех погибших в этом самолете и семей всех погибших в той башне, в которую самолет врезался.

А это уже — ой-ой... Так что, естественно, в этой ситуации о Даниэле Левине лучше промолчать.


***

А 11 сентября 2001 года в хаосе и сумятице, и прежде всего — сумятице информационной, перегруженный новостями Интернет выстоял и не обвалился... По всеобщему признанию, его защитило от крушения изобретение Дани Левина.

Виктория Мунблит