2012
ноябрь
№11 (161)
Каждый выбирает для себя
женщину, религию, дорогу.
Дьяволу служить или пророку —
каждый выбирает для себя.
Юрий Левитанский

Я — Израиль. Я появился на земле за тысячу лет до того, как римские завоеватели переименовали меня в Палестину, и перед тем, как англичане решили превратить мои восточные земли в Иорданию. Мой народ, евреи, жили на этой земле три тысячи лет

НАШУ СТРАНУ БОМБЯТ

«Нашу страну бомбят» — написала в Фейсбуке молодая израильтянка София Вальшонок, выразив в этих трех словах всю свою боль о стране, которую не понять тем, на кого не падают ракеты, тем, чей автобус, в котором тебе надо ехать на занятия в Тель- Авив, не взрывают террористы, тем, кому с полуторагодовалой дочерью не приходится по несколько раз в день бежать под вой сирены в убежище в Ришон-ле Ционе.

Я не говорю уже о городах на юге страны — Сдероте, Ашдоде, Ашкелоне, Беэр-Шеве, которые изо дня в день живут в такой обстановке многие годы. На вопрос: «Что у вас?», отвечают — «Все как обычно. Нас по-прежнему обстреливают».

Проходит какое-то время — объявляют отбой воздушной тревоги, и жизнь продолжается. И так годами — сирены, разрывы ракет, а рядом маленькие дети… Так живет Израиль. Разве так можно жить, разве к этому можно привыкнуть?!

Согласно результатам исследования, опубликованного в Journal of Adolescent Health, около половины подростков, проживающих в Сдероте, страдают от посттравматического синдрома (ПТСР). Исследование проводилось учеными университета им. Бен-Гуриона, Хайфского университета и Стэнд­фордского университета, обследовавшими 154 ученика 7-8 классов средней школы в Сдероте. Следует отметить, что исследование проводилось в 2008 году, после 8 лет регулярных ракетных обстрелов города. Газета «Гаарец» сообщает, что еще одна работа той же исследовательской группы, на текущий момент неопубликованная, показывает, что симптомы ПТСР проявляются у 33% дошкольников в Сдероте, не знавших жизни без ракетных обстрелов.

И если главная боль Израиля — его дети, то арабы подставляют своих детей под бомбы, прикрываются ими, как щитом. Видео, снятое в Наби Сале, показывает как палестинские родители отправляют детей, чтобы спровоцировать израильских солдат.

Речь идет о ситуации, которая была мастерски срежиссирована неизвестным пропагандистом. В главной роли он заснял девочку-блондинку, которая была уже актрисой с опытом и успешно справилась со своим творческим заданием тремя месяцами ранее. Так, в августе арабы выложили фотографии солдат, бьющих плачущую арабскую девочку. Они служили прекрасной иллюстрацией на тему «злой» военной оккупации Израилем «беззащитной» Иудеи и Самарии. Для провокации не случайно была выбрана светлокожая блондинка. Это делалось для того, чтобы вызвать на западе больше сочувствия. Новое видео приоткрыло завесу «творческой кухни» провокаторов и на этот раз показывает, что на самом деле происходит в этих «фотосъемках». Девчонке было поручено вывести солдат из себя, чтобы они «потеряли лицо» — она проклинала солдат, истерически вереща на них и, если получалось, даже била. В это самое время взрослые вокруг нее тихонько снимали происходящее в ожидании, когда у солдат лопнет терпение. А они выдержали, они улыбаются и отходят — провокация не удалась, и женщина постарше просто толкает арабского мальчишку на солдата…

Видеотравля израильских солдат в Палестинской автономии стала очень популярным методом пропаганды. Этому «направлению искусства» дали и свое аутентичное название «Палливуд». Самый известный и успешный палливудский фильм показывал Мухаммеда Дуру, арабского мальчика, якобы убитого солдатами ЦАХАЛа в перестрелке поблизости от сектора Газа в 2000 году. Запоздалая экспертиза показала, что мальчик был застрелен самими арабами.

Но до сих пор российские телеканалы и онлайн-СМИ продолжают публиковать недостоверную информацию о событиях в секторе Газа, повторяя лживые заявления боевиков ХАМАСа.

Источником дезинформации, перепечатанной российскими СМИ, был иранский телеканал «Аль-Алям», вещающий на арабском языке. Отметим, что даже в Египте этому каналу, регулярно распространяющему ложь, запретили работать.

Лариса Воловик



ЗАЯВЛЕНИЕ ЕВРОАЗИАТСКОГО ЕВРЕЙСКОГО КОНГРЕССА В СВЯЗИ С НАЧАЛОМ ИЗРАИЛЬСКОЙ АНТИТЕРРОРИСТИЧЕСКОЙ ОПЕРАЦИИ В ГАЗЕ

Евроазиатский еврейский конгресс заявляет о своей безусловной поддержке вынужденных силовых действий Израиля по пресечению непрекращающихся террористических атак против мирных граждан еврейского государства со стороны ХАМАСа.

ЕАЕК выражает свою солидарность правительству и народу еврейского государства, особенно жителям Юга Израиля, которые подвергаются ракетным обстрелам со стороны сектора Газа. У абсолютного большинства членов общин, входящих в Евроазиатский еврейский конгресс, в Израиле живут родные, друзья, коллеги и знакомые. Многие из них живут в состоянии постоянной готовности к атакам террористов. Мы искренне надеемся, что решительные действия Армии Обороны Израиля, оправданные систематическими провокациями, разрешат эту нелегкую ситуацию, и инфраструктура террора будет подорвана.

Евроазиатский еврейский конгресс решительно осуждает любые попытки политических спекуляций, защищающих и оправдывающих террористов, кто бы эти попытки не предпринимал. Террору против мирных жителей не может быть оправдания.

Вся ответственность за новый виток насилия полностью лежит на главарях террористов ХАМАСа. ЕАЕК надеется, что они в полной мере ощутят всю тяжесть последствий спровоцированной ими ситуации.

Мы желаем народу и правительству еврейского государства последовательности и стойкости в борьбе с террором — врагом мировой стабильности.

Мы с тобой, Израиль!

Вадим Шульман, президент ЕАЕК

Михаил Членов, генеральный секретарь ЕАЕК

Иосиф Зисельс, председатель Генерального совета ЕАЕК

Александр Барон, член Президиума ЕАЕК



ХОЛОКОСТ


Григорий Рейхман

ПОСЛЕДНЯЯ СВИДЕТЕЛЬНИЦА ИЗ «ЧЕРНОЙ КНИГИ»

В израильском городе Араде скончалась последняя свидетельница из «Черной книги» Василия Гроссмана и Ильи Эренбурга — Броня Тартаковская (Куниченко), не дожившая до своего 98-летия всего лишь полтора месяца.

Броня была «живой историей» минувшего столетия. Память, словно кинолента, фиксировала спасение от погромов в годы гражданской, сыпняк, НЭП, помощь «Джойнта» и еврейские праздники, учеба в еврейской школе на идише. В раннем детстве впервые исполнила танец «Плач Израиля», воздев руки к небу. Нечто подобное произошло с ней спустя много лет у кромки расстрельного рва. Любила подвижные игры, переплывала Днепр. «Закваска» помогла ей пережить нечеловеческие испытания...

Дружила с дочерью Утесова Дитой (Эдит). Кстати, в честь Утесова и назвала своего первенца Ледей, Леонидом.

«Рассказ Б.Я. Тартаковской» о гибели днепропетровского еврейства в октябре 1941 года впервые был опубликован полностью именно в «Черной книге» в Израиле (издательство «Тарбут») в 1980 году, переиздание в 2002 году «Яд ва-Шем», Иерусалим, 2002, с.71-72 в разделе «Письма из Днепропетровска». Он был подготовлен к печати на основе письма, адресованного члену Еврейского антифашистского комитета Илье Эренбургу. Оригинал письма, как и весь «Архив Эренбурга», с 1987 года хранится в «Яд ва-Шем», переданный дочерью Эренбурга для хранения и использования. Письма Брони Тартаковской имеют номер P.21.1. Хранится и свидетельское показание под номером 03/6898.

В письме датированным 30 июля 1944 года, И. Эренбург просил Броню Куниченко рассказать обо всем увиденном и пережитом на оккупированных территориях, он не скрывал, что работает над «Черной книгой». Интересовала писателя и то, как живет Броня теперь, то есть после освобождения...

Почти год назад, в день своего рождения и 70-ю годовщину расстрела днепропетровского еврейства, Броня вместе с сыном Леонидом передала в Российский научно-просветительный центр «Холокост» подлинные довоенные фотографии и подлинное письмо за подписью И. Эренбурга, отправленное ей из редакции «Красной Звезды». Через много лет в своей книге «Люди, годы, жизнь» Илья Эренбург, размышляя об отношении немецких солдат к массовому уничтожению беззащитного еврейского населения, напишет: «Мне известен, однако, случай, когда немецкий солдат спас женщину с детьми; это было в Днепропетровске в 1941 году; обреченные ждали, когда их погонят ко рву. Тогда к Б. Тартаковской подошел солдат и тихонько сказал: «Я вас сейчас отсюда выведу»; он добавил: «Кто знает, что еще случится с нами…».

После того, как Броне с детьми удалось спастись, она прошла пешком до города Сумы к родным мужа не менее 650 километров. Во время скитаний попала в село Марковку. Там 9 июля 1943 года появился на свет третий сын Саша. К счастью, свет не без добрых людей — помог местный хирург Дмитрий Юрьевич. Кроме него, никто не знал, что Броня — еврейка. Помог как мог. Рожала в отдельной палате. А чуть оправилась — работала у сельчан. Сегодня самый младший сын Александр Куниченко живет в Санкт-Петербурге, является известным еврейским спортсменом (настольный теннис).

Один из важнейших уроков, который преподала Броня Тартаковская-Куниченко — это урок еврейской самоидентификации. Несмотря на многочисленные советы оставаться украинкой Лидией Яковлевной Куниченко, она обратилась в освобожденный Никополь и получила восстановленное свидетельство о рождении, другие документы, где в графе «национальность» значилось «еврейка». Она не могла себе представить, что может быть как-то иначе.

С 1991 года Броня — в Израиле. Будучи жительницей Иерусалима, Броня заполнила в Зале имен «Яд ва-Шем» листы свидетельских показаний на погибших мать и отца. 15 октября 1996 года, в день рождения, она поделилась воспоминаниями, ответив на вопросы интервьюера Фонда Спилберга...

Бронечка прожила свою жизнь не зря. Спасшаяся с двумя детьми и давшая жизнь третьему, она продолжается во внуках и правнуках — в Украине, в Финляндии, в Канаде и России.

Год назад автор этих строк поздравил Броню Тартаковскую с 97-летием. Успел...

Она тихо ушла в лучший из миров рано утром в пятницу, накануне Субботы. Говорят, такое не каждому дано. Только Избранным. Бронечка Тартаковская, последняя героиня «Черной книги», сделала все, чтоб о Шоа не забыли. Она и сегодня на службе у Вечности...

Камешек — от нас с вами, от живых...



ВЫПЛАТЫ ПОСТРАДАВШИМ ОТ НАЦИСТСКИХ ПРЕСЛЕДОВАНИЙ

С 1 ноября 2012 года Конференция по Материальным претензиям евреев к Германии открыла работу Hardship Fund для имеющих право заявителей, проживающих во всех областях бывшего Советского Союза. Лица, соответствующие критериям, будут иметь право на единовременную выплату в размере € 2,556.46.

Выплаты по Hardship Fund производятся только еврейским жертвам нацизма, которые подвергались преследованиям, как евреи, и которые отвечают следующим критериям:

1.?Заявитель в настоящее время не получает или не получал когда-либо оплату от Германского правительства.

2.?Заявитель должен быть жив на момент подачи заявки. Наследники не имеют права на подачу заявки.

3.?Заявитель пострадал в следующих видах преследований:

— бежал от нацистского режима с территории, позже оккупированной нацистами,

— бежал в период с 22 июня 1941 года по 27 января 1944 из районов Советского Союза, которые находились в пределах 100 км к востоку от немецкого вермахта,

— остался в Ленинграде на некоторое время в период между сентябрем 1941 года и январем 1944,

— был лишен свободы по определению правительства Германии (например, гетто, лагеря, проживание под чужим именем),

— движение было ограничено, например, комендантский час, обязательная регистрация с ограничением места жительства, ношение звезды Давида (желтая звезда), и т.д.,

— был плодом в то время, когда его мать подвергалась преследованиям, описанным выше.

Большинство жертв нацистских преследований в бывшем Советском Союзе (клиенты Хеседов) получит укороченную форму заявки и инструкции по почте к 1 декабря.

Не клиенты должны сами скачать форму заявки с сайта или запросить форму по почте от:

Claims Conference — логистический отдел

Hardship Fund — FSU

Grafstra?e 97

60487 Франкфурт-на-Майне

ГЕРМАНИЯ / GERMANY



ЭСТОНСКАЯ ГАЗОВАЯ ФИРМА ОТРЕКЛАМИРОВАЛА СЕБЯ, НАПОМНИВ О ПЕЧАХ ОСВЕНЦИМА

Рекламу газового отопления на фоне решетки концлагеря Освенцима представили креативщики одной из эстонских фирм.

Скандал в Эстонии: газовая и отопительная фирма GasTerm вывесила под своим логотипом изображение решетки ворот Освенцима с надписью Arbeit macht frei — «Труд освобождает».

Вероятно, таким образом рекламщики GasTerm решили провести параллель между отоплением и газовыми печами концлагеря, где во времена германской оккупации было сожжено около полутора миллионов человек — евреев, поляков, русских и цыган.

Особый резонанс вызвал тот факт, что реклама от GasTerm появилась в День памяти жертв коммунизма и нацизма.

Через некоторое время баннер сняли, а на сайте фирмы мелким шрифтом появилось извинение: «Если размещенная здесь фотография причинила кому-то неудобство, мы приносим искренние извинения», сообщает эстонская газета «День за днем».



ХАРЬКОВ УКРАИНА МИР


УРОКИ ТРАГЕДІЙ ХХ СТОЛІТТЯ

В листопаді в Харкові стартував проект «Уроки трагедій ХХ сторіччя в Україні. Виховання толерантності як шлях виживання людства у ХХІ сторіччі. Розвиток стратегій до Днів пам’яті жертв Голокосту». Проект здійснюється Інститутом Юдаїки (Київ) за підтримки міжнародного фонду ITF | Task Force for International Cooperation on Holocaust Education, Remembrance, and Research та Благодійного фонду «Дар» у співробітництві з «Харківською Академією неперервної освіти». Основна мета – формування громадського суспільства, яке усвідомлюватиме небезпеку тоталітаризму для окремої особистості й для людства в цілому. У рамках проекту відбулися семінари для педагогів ЗНЗ, викладачів і студентів педагогічних вузів та відкриття трьох виставок: «Анна Франк. Урок історії», «Джерела толерантності», «Голодомор-Голокост-ГУЛаг – три трагедії на Українській землі в ХХ столітті. Тоталітарний режим проти народу і людини». Гідами на виставках працюють школярі і студенти, підготовані в рамках серії семінарів працівниками Інституту Юдаїки та партнерських організацій.

Виставки відкриті в приміщенні Харківського Єврейського центру «WOHL» з 5 листопада по 7 грудня 2012 року.



ХАРЬКОВСКАЯ СИНАГОГА И ОБЩИНА ПРАЗДНУЮТ

18 ноября в зале харьковской синагоги «Бейт Менахем» харьковчане праздновали Бар-мицву сына главного раввина Харькова и Харьковской области Мойше Московича Шолома Дов Бера. Реб. Мойше и Мириям Москович принимали в этот день самые добрые и многочисленные поздравления и пожелания от харьковчан и гостей из других стран.

Харьковская хоральная синагога в 2013 году будет отмечать свое столетие. Цикл мероприятий, посвященных 100-летию синагоги, открылся 23 ноября 2012 в главном зале синагоги благотворительным концертом арт-группы «Хор Турецкого». Спонсор концерта — семья Фельдманов.



ПРАВДА И ПАМЯТЬ О КАТЫНСКОЙ ТРАГЕДИИ

15 ноября в Харьковском национальном университете им. В. Каразина открылась выставка «Правда и Память — катынское преступление». Выставка посвящена памяти офицеров польской армии, духовных лиц и представителей интеллигенции, убитых в Катыне, Харькове и Твери (Калинин), польским военнопленным из лагерей в Козельске, Старобельске, Осташкове. Организовали выставку Музей Традиции Независимости и общество «Катынская семья» в городе Лодзь при непосредственном содействии Генконсульства Республики Польша в Харькове. На открытие выставки приехали из Лодзи директор Музея Традиции Независимости Генрик Семиньски и представитель Общества «Катынская семья» Казимера Лангэ.

Генрик Семиньски и Халина Гранат

Казимера Лангэ

Основная идея выставки — вспомнить и показать самые важные события, связанные с катынским преступлением и дорогой к правде. Архивные материалы и иконография, в основном, сохранены (когда и хранить было небезопасно) семьями членов общества «Катынская семья» г. Лодзь. Часть документов — фото, архивные материалы, в т. ч., из рассекреченных хранилищ КГБ, личные письма, дневники — представлена на двадцати стендах нынешней экспозиции.

На выставке представлены материалы о расстреле пленных поляков в лагерях НКВД в российских городах Козельске, Старобельске, Осташкове, Калинине (ныне Тверь), а также в Харькове.

Катынский расстрел — это массовое уничтожение поляков по приказу НКВД в Катынском лесу в Смоленской области, близ села Катынь, весной 1940 года. Жертвами преступления стали 22 тысячи польских граждан — цвет польского офицерства. Руководство СССР до 1990 года отрицало причастность к расстрелам. В соответствии с официальной советской версией, поляки расстреляны в Катыни в 1941 году немецкими оккупационными войсками.

В харьковском Лесопарке в 2000 году открыто украино-польское мемориальное кладбище, где похоронены более 4 тыс. интернированных польских офицеров, а также русские, украинцы, евреи, расстрелянные в 1940 году как враги народа.

Мемориал открыт по инициативе, в том числе, известного польского историка Анджея Пшевозника, который трагически погиб в апреле 2010 года в авиакатастрофе под Смоленском.



ВІДКРИТТЯ МЕМОРІАЛЬНОЇ ДОШКИ ЯНУШУ КОРЧАКУ

У Всесвітній день дитини, 20.11.2012 року, в Києві відбулась урочиста церемонія відкриття меморіальної дошки Янушу Корчаку по вул. Володимирській, 47.

Януш Корчак — людина, яка стала легендою ще за життя, класик дитячої літератури, педагог-новатор, зачинатель діяльності на захист прав дитини і повної рівноправності дітей. Він стверджував, що дитина має право бути такою, як вона є, має право на повагу, на помилку, на висловлення своїх думок.

2011 року Сейм Республіки Польща оголосив 2012 рік «Роком Януша Корчака», що проходить під гаслом «Немає дітей — є люди». Саме у Києві видатний педагог перебував на початку ХХ століття, і саме тут писав одну зі своїх основоположних педагогічних праць: «Як любити дитину» (1918). Це також привід нагадати про важливість та роль прав дитини у сучасному суспільстві за допомогою творів та життєвої позиції Януша Корчака.

У створенні проекту «Меморіальної дошки Янушу Корчаку» взяли участь: Посольство Республіки Польща у Києві, Польський інститут у Києві, Центр досліджень історії та культури східноєвропейського єврейства, Українське товариство імені Януша Корчака, екскурсійне бюро «Інтересный Киев» («Захоплюючий Київ»).

Автор меморіальної дошки — скульптор Іван Григор’єв. Розміщено її на єдиному вцілілому будинку, пов’язаному з перебуванням Януша Корчака у Києві під час Першої світової війни. У ті часи у будинку розташовувалась польська гімназія для дівчат та дитячий садок, куди приходив працювати з дітьми Старий Доктор.



В США ОТКРЫТКА ОПОЗДАЛА НА 70 ЛЕТ

В штате Нью-Йорк почтовая служба доставила открытку, отправленную почти 70 лет назад.

Как сообщает Associated Press, открытка была отправлена 4 июля 1943 года из Рокфорда (штат Иллинойс) сестрам Полине и Терезе Лайзеринг, проживавшим в городке Эльмайра, штат Нью-Йорк. Их брат Джордж Лайзеринг во время Второй мировой войны служил в военном медицинском центре Рокфорда при базе Кэмп-Грант.

Открытку отправили родители Лайзерингов, посетившие сына по месту службы. На открытке написан следующий текст: «Дорогие Полина и Тереза, все в порядке, мы добрались благополучно, но сильно устали».

Как сообщает городская газета Элмайры Star-Gazette, открытку доставили на прошлой неделе в дом, где раньше проживали сестры, а теперь живет другая семья.

Русская служба «Голоса Америки»



ПОЧТОВЫЙ ГОЛУБЬ ВРЕМЕН ВТОРОЙ МИРОВОЙ

Удивительную находку сделал британский пенсионер Дэвид Мартин. Из дымохода старого камина ему в руки упал скелет почтового голубя времен Второй мировой. «Эхо войны», — подумал старик и созвал журналистов, чтобы показать им капсулу с секретным донесением, которая была закреплена на лапке птицы.

Дэвид Мартин нашел птичий скелет и послание, когда решил почистить свой давно неработающий камин. Кости и капсулу он оставил себе, а вот записку пришлось отдать. Ее сейчас пытаются расшифровать специалисты по кодам, которые использовались во время Второй мировой, передает НТВ.Ru.

Есть и версия гибели военного голубя. Поблизости находится гостиница, где генерал Монтгомери готовил операцию «Нептун» по высадке союзников в Нормандии. Историкам достоверно известно, что в штабе активно пользовались голубиной почтой. Пропавший тогда и найденный сейчас голубь, похоже, просто ошибся адресом.

Русская служба «Голоса Америки»



НАША ИСТОРИЯ


Лев Старчевский, cпециально для «Дайджест Е»

ПУШКИНСКАЯ УЛИЦА

С возрастом память ослабевает. Стираются лица, имена, фамилии. Уже не вспомнить, как звали не только школьную учительницу по истории, но даже некоторых одноклассников.

Но не стираются, почему-то, самые ранние детские воспоминания. Особенно наш старый четырехэтажный дом дореволюционной постройки в самом центре разрушенного войной Харькова, дважды оставленного и, соответственно, столько же раз освобожденного города.

Во время первого отступления наших, дом чудом уцелел. В полном соответствии с тактикой выжженной земли, многие дома в центре города было намечено взорвать. Ну, чтоб врагу не досталось. Вспомним киевский Крещатик. Правда, у нас в Харькове, слава богу, были масштабы не те, да и то, поимели по полной программе.

Куда деваться людям, населяющим приговоренные дома? Многие из этих людей были больными стариками и женщинами с маленькими детьми, и по этой же причине, остающихся под немцем. Судьба их не интересовала никого, кроме, конечно, самих этих людей.

Так вот, наш дом тоже подлежал ликвидации. Уже подъехали саперы, уже начали выгружать динамит и выгонять жильцов. Но молоденькие мамы с грудными детьми, упали на колени перед командиром и, видно, тронули сердце молодого военного. Взорван был, вместо нашего, другой дом.

Все это рассказала, впоследствии, наша соседка по коммуналке, где прошло мое детство. А самые первые мои детские годы, проходили в окружении развалин, оставшихся после бомбежек, артобстрелов и тех же «плановых уничтожений объектов» перед отступлением войск. Возле нашего дома не уцелело ничего. А сам я родился после войны в 1947 году.

Но какое это было удовольствие лазить нам, уже немного повзрослевшим пацанам послевоенного поколения, по этим беспорядочным нагромождениям из камня и изуродованной арматуры, играя в войну. Правда, иногда детки явно заигрывались. Немцем, естественно, быть никто не хотел. Еще сильна была ненависть к оккупантам, и в детском подсознании тоже. Однажды пришел к нам во двор старший наш приятель и поведал, что на соседней Пушкинской улице дети, играя в партизан, по-настоящему повесили «немца», а на самом деле такого же пацана. Сейчас, вспоминая это, чувствую, как кожа моя превращается в гусиную. А тогда только мамы наши обсуждали «жуткий случай». Мы же отнеслись к этому спокойно, но немцем быть никто не хотел.

И еще — огромное количество инвалидов. Инвалидов на костылях с одной ногой, инвалидов совсем безногих, на досках с подшипниками вместо колес, с деревянными колодками в руках, с помощью которых, они, отталкиваясь, ехали. А безруких было сколько! Некоторые из них просили милостыню. Стояли или сидели они прямо на асфальте в самом начале той же Пушкинской. Особенно запомнился один, полностью безногий, который сидел с протянутой рукой, а из нижней части живота его тянулась тонкая резиновая трубка к пузырьку с желтой жидкостью.

И был еще один несчастный, с руками и ногами. Но вел себя так странно, что даже нам, дошкольникам, это бросалось в глаза. Потом он исчез, говорили, повесился. А через много лет кто-то из дворовых соседей, вспоминая об этом сума­сшедшем, рассказал, что до войны был он вполне нормальным парнем, девки его любили. Но на фронте взорвался недалеко снаряд, и, в результате, классный юноша превратился в кастрата. Помутился его рассудок (было от чего), и во время одного из просветлений разума руки на себя и наложил.

Многие инвалиды топили горе свое в водке. Многие, чтобы как-то выжить, занимались мелкой спекуляцией — по несколько раз занимая одну и ту же очередь, покупали с целью перепродажи продукты, которые отпускались нормировано, в небольшом количестве в одни руки.

Очередь относилась к этому очень плохо. Инвалидов на костылях, замеченных на этом «преступлении века», сразу выталкивали, и они, понурив головы, уходили.

Вспоминая о такой дикой несправедливости к спасителям Родины, невольно спрашиваешь себя, почему они не орали благим матом в ответ на агрессию толпы. Не орали, что не стояла бы эта очередь здесь, не защити они своим телом на полях войны Отечество и этих людей; что пенсия по инвалидности носит характер издевательский, и что государство, и все мы в неоплатном долгу перед ними, героями и жертвами одновременно.

Не верьте в сказки о массовом гуманизме простых людей того времени! Гуманизм в такие времена вещь штучная, а потому редкая.

Но время шло. Инвалиды стали постепенно исчезать с улиц. Уходили они в мир, где справедливости, наверное, побольше, чем здесь. Если, конечно, этот лучший мир на самом деле существует. Земля им пухом и слава вечная!

А тем временем и руины стали сносить. В самом начале Пушкинской стоял разрушенный скелет гостиницы «Красная». Было объявлено, что снос этих развалин произведут с помощью взрыва, и мероприятие это будет такого-то числа в 22 часа. Ну, чтобы зевак было вокруг поменьше, да и людей во сне не перепугать. Хорошо помню, как родители мои собирались идти посмотреть на это зрелище, а меня, несмотря на протесты, уложили спать. Обидно было до слез.

На этом месте быстро построили красивую шестиэтажную «сталинку», с аптекой №1. Она и сейчас там.

Потом прошло много, много лет. У меня за плечами промелькнувшие школьные, потом студенческие годы. И любимая интересная работа на заводе. И такое бывает.

Грянула перестройка, которую многие называли перестрелкой. Но к разрухе она привела конкретно. И мне, опытному спецу, руководителю небольшого, но умного коллектива, стало ясно, что профессию надо менять. А умел я хорошо настраивать пианино. И вот, я — настройщик. И прихожу в году 1995 по вызову настраивать инструмент к одной пожилой и очень интеллигентной даме. Дама оказалась профессиональным концертмейстером. Провела меня к старенькому «Циммерману». Работы там было много. Но, судя по убогому интерьеру квартиры, хорошо заработать мне в этот день не светило. Ну и ладно, подумал я. Иногда надо и благотворительность включать. И стал возиться с пианино. А хозяйка, проникшись ко мне доверием, или еще чем-то, стала рассказывать свою историю, которую я только сейчас решился запечатлеть в тексте.

Повествование ее относит нас опять во времена военные и к той же Пушкинской улице.

Жила на Пушкинской, в одном из домов, семья. Папа, мама и двое детей. Старшая семилетняя сестричка Вика (это моя клиентка) и младший братец лет трех. Папа заболел туберкулезом и был положен в больницу. А тут война. Немцы наступали быстро, и в конце октября Харьков был захвачен. Наших больных сразу выгнали по домам. И больной папа пришел домой.

Тут следует напомнить читателю сих строк, особенно молодому, что немцы на оккупированных территориях проводили политику геноцида евреев. (А отец Вики являлся представителем этого небольшого, но весьма заметного этноса).

И через короткое время на столбах и стенах домов появился приказ немецкого коменданта, предписывающий «всем жидам города Харькова» такого-то числа, к такому-то часу собраться в начале Московской улицы (потом это был проспект Сталина, а ныне Московский проспект), для переселения на новое место жительства. За невыполнение — расстрел. Не все понимали, что улица эта приведет их в Дробицкий яр, где сейчас стоит мемориал в память о тысячах загубленных невинных жертв.

Когда отец пришел домой, то сразу был опознан немецким майором, квартировавшем там же. Опознан, естественно, как лицо национальности, подлежавшей ликвидации. И вывели папу во двор, и поставив у сарая, в присутствии семьи и соседей, спокойно так, по-деловому, расстреляли.

Описывать тот ужас в детских глазах смысла нет. Способный воспринять чужую боль да поймет.

Мама, украинка по национальности, схватив детей, в чем была, убежала. Убежала с маленьким сыном к родне в деревню, а старшую Вику пристроила в подвале на Клочковской на попечение знакомых. В подвале этом, темном, холодном и с крысами, маленькой девочке пришлось просидеть до весны. Туда ей приносили еду. Но на всю жизнь Вика запомнила тот жуткий, пронизывающий все тело, холод. И, наверняка, в ее маленькой головке возникал вопрос, за что она терпит такие страдания. Ведь ничего плохого не делала.

Настройка пианино подошла к концу. Виктория Георгиевна села за инструмент, поиграла. Все получилось прекрасно.

«А сейчас, — сказала моя клиентка, — я сыграю и спою для Вас песню, музыку для которой, сочинила сама. И называется эта песня «Пушкинская улица».

Я не очень сентиментален, с детства не плакал. Но тут почувствовал, что глаза мои явно увлажнились. Зацепила меня эта «Пушкинская улица». Нельзя сказать, что это шедевр песенного и исполнительского искусства. Но что-то в этом всем было такое, что вызывает у нас, у некоторых, сильный душевный резонанс. Наверное, еще и потому, что улица эта входила в ареал моего детства. Там жили мои друзья и одноклассники, там я мерз вместе с мамой в многочасовых очередях — то за мукой, то за маслом, ибо с ребенком давали на двоих.

Автор текста Вениамин Гейтлиц.


ПЕСНЯ О ПУШКИНСКОЙ УЛИЦЕ

Моя родная Пушкинская улица!

Я твой асфальт топчу немало лет.

Была я юной, а теперь ссутулилась,

Но все равно — привет тебе, привет!


Живи и здравствуй, улица моя!

Хотя число здесь старожилов тает,

В Израиле, в Канаде, в США

Тебя всегда с любовью вспоминают.


Я помню ярко времена военные,

Бинты и кровь твоих госпиталей,

Разрушенный «Гигант», и немцы пленные,

И стук по тротуару костылей.


Ах, Пушкинская улица моя!

В тебе отражена сама история:

Ведь протянулися твои края

От синагоги и до крематория.


И все ж: Живи и здравствуй, улица моя!

Хотя число здесь старожилов тает,

В Израиле, в Канаде, в США

Тебя всегда с любовью вспоминают.


Живи и здравствуй, улица моя!

Моя родная Пушкинская улица…


После моего первого визита к Виктории Георгиевне Свириденко мы стали добрыми друзьями.

Я периодически настраивал ей пианино, пока она не уехала к своему сыну в США. Перед этим она продала свою 3-х комнатную квартиру, но зная разгул бандитизма, который был в те годы, сразу перевела все деньги сыну. И не напрасно. Вскоре в ее дверь позвонили и, представившись, уже не помню кем, вошли два молодых бандита. Они были прекрасно осведомлены о проданной квартире и хотели только денег. Но бывают же чудеса. Виктория предложила им взамен забрать самое ценное, что было у честной женщины. Пианино «Циммерман», 1962 года выпуска. Бандюги поверили и ушли, даже не напомнив хозяйке о существовании таких стимуляторов правды, как утюг или паяльник. Что называется — крупно повезло.

А до этого моя уважаемая клиентка успела вступить в религиозную общину типа свидетелей Иеговы. Вот уж, действительно, в хорошее вступить нельзя. Короче, пастор тоже пытался протягивать свои черные (он был афроамериканец) руки к квартирным деньгам Виктории. Типа — «отдай церковную десятину!».

Но у нашей дамы хватило здравого смысла не поддаваться финансовым домогательствам.

Думаю и надеюсь, что живет она сейчас в Америке и благоденствует, вспоминая иногда нас и нашу Пушкинскую улицу.

 

 

Учредитель:
Харьковский областной
комитет «Дробицкий Яр
»
Издатель:
Харьковский музей Холокоста
Главный редактор
Лариса ВОЛОВИК

Тел. (057) 700-49-90
Тел./факс: (057) 7140-959
Подписной индекс 21785
При перепечатке ссылка на
«Дайджест Е» обязательна
http://holocaustmuseum.kharkov.ua
E-mail: kharkovholocaustmuseum@gmail.com

Газета выходит при финансовой поддержке
Благотворительного Фонда ДАР
и
CONFERENCE ON JEWISH MATERIAL CLAIMS AGAINST GERMANY INC.
Проект «Исследование, образование и документирование»