2017
июль
№7 (217)
Каждый выбирает для себя
женщину, религию, дорогу.
Дьяволу служить или пророку —
каждый выбирает для себя.
Юрий Левитанский

Александр Пасхавер

ТРИ ГОДА ПОРОШЕНКО. МОИ ВПЕЧАТЛЕНИЯ

Лично у меня никаких особых ожиданий на эти три года не было. Но они были у граждан.


Для начала о главной неудаче. Сразу отмечу, что говорю не о президенте, а о стране в целом, ведь президент не единственный представитель власти. Он не абсолютный монарх — его полномочия достаточно ограничены. Хотя простой гражданин и не хочет в это верить.

Главное, чего за эти три года не удалось достичь — роста экономики. Экономика прекратила падать и очень медленно начала расти в 2016 году. Но в первом квартале 2017 года ситуация уже несколько хуже.

К сожалению, экономические проблемы мучительно и больно переживаются гражданами. Но лично мне трудно представить, чтобы в стране, в которой идет война, начался бурный рост экономики. Хотя многие говорят: «Какая это война?» Дескать, мертвых мало. Но война — это ведь не только раненые и убитые. Война — это концентрация сил, сковывание всей страны на какой-то опасности.

Поэтому война идет, даже если людей убивают относительно мало. А во время войны рост экономики — довольно сложная вещь. Дело ведь даже не столько в войне, сколько в милитаризации. Милитаризация требует значительных расходов, отнимает средства у гражданского сектора. Нужно пробовать повторить фокус Израиля, когда такая же бедная страна, и, кстати, достаточно коррупционная, сумела сочетать милитаризацию с инновациями, став, таким образом, и могучей военной державой, и развитой страной. Правда, граждане Израиля тогда были невероятно мотивированы. Да и процесс длился не три года, а десятилетиями, поэтому сравнивать довольно сложно. Так или иначе, в Украине этот путь пока не прослеживается.

Лично у меня никаких особых ожиданий на эти три года не было. Но они были у граждан. Уже через полгода после появления новой власти, украинцы стали спрашивать: «Почему нет расцвета, почему до сих пор коррупция?» Это касается и ожиданий относительно длительных социальных процессов. Это, конечно, детскость, я бы даже сказал, неадекватность. Никогда не бывает так, чтобы ожидания полностью совпадали с реальностью.


Теперь о выдающихся достижениях:

Мы сдержали врага. Мы, можно сказать, его даже победили, если соотноситься с его планами. В стране, растерянной экстремальными условиями, мы сохранили социальный мир.

Еще одно выдающееся достижение, которое говорит о нас, как об организованном народе — мы сумели разместить 1,8 миллиона внутренних беженцев. И ничего похожего на то, что творится с беженцами в других странах, у нас не происходит.

Если говорить персонально о господине Порошенко, то, на мой взгляд, реформы идут под его давлением. И я это наблюдаю физически, поскольку бываю практически на всех заседаниях Национальной рады реформ, и вижу, как президент давит на исполнителей. В результате, практически все представители международных организаций — наших доноров — говорят, что за эти три года сделано больше, чем за 23 предыдущих года.

Что за эти годы произвело на меня наибольшее впечатление? К сожалению, не улучшение предпринимательского климата. Больше всего впечатлило наращивание антикоррупционной деятельности. На фоне непрерывных разговоров о том, что ничего не делается, развернута невиданная инфраструктура. Я беседовал с представителями других стран о том, каким образом эта инфраструктура работает в их государствах, и они говорили, что нужно приблизительно 5-7 лет для начала слаженной работы.

Сегодня у нас уже ведется преследование первых лиц. Это случилось даже быстрее, чем я ожидал. Мне говорят: «Толку с того, что вы играете в эти преследования, если вы не можете их посадить». Но это уже процесс изменения судейского корпуса — мучительный и сложный процесс, который попросту еще не вышел на решающую стадию. Он тоже будет длиться несколько лет.

Главное достижение президента — изменение лица страны с помощью реформ. Есть очень простой показатель реальности этих реформ. Когда велись переговоры о безвизовом режиме, еврочиновники, выдвинувшие нам сотни условий, даже не предполагали, что мы их выполним. Они учитывали слабость нашей страны, ее постреволюционное состояние, конфликтность, которая неизбежна после революции. Но эти сотни условий были выполнены. Я думаю, что это вызвало удивление тех, кто выдвигал эти условия. Получение безвизового режима страной, которая воюет — это беспрецедентно. Для меня это стало интегральной характеристикой работы президента.

В чем значение этого безвизового режима? Мы возвращаемся к дореволюционному состоянию, когда даже студенты могли проводить каникулы, путешествуя по Европе. Это сыграет революционную роль в увеличении числа людей, поддерживающих этот путь. Безвиз — путь, который изменит так мешающую нам философию выживания.



Лариса Воловик

ДМИТРИЙ ЛЬВОВИЧ КЛЕБАНОВ

В этом году 25 июля исполняется 110 лет со дня рождения, а 6 июня исполнилось 30 лет со дня смерти, известного советского и украинского композитора, автора музыки многих симфонических произведений, балета и оперы Дмитрия Львовича Клебанова.


Он родился в Харькове в еврейской семье, рос в мире музыки, где по вечерам на домашних концертах на скрипке и рояле играли его старшие сестры и брат. Ничего поэтому удивительного не было в том, что Дмитрия с детства начали учить игре на скрипке. Правда, маленький музыкант часами мог импровизировать на рояле — его просто захватывала игра звуков и их сочетаний.

Когда маленькому скрипачу было 7 лет, состоялся его сольный концерт в Славяногорске, где в это время отдыхала семья Клебановых. А уже осенью 1914 года Дмит­рий поступает в харьковское музыкальное училище в класс педагога В. Л. Слатина для занятий по классу скрипки. Он самый младший в классе.

Занятия проходят нерегулярно, т.к. началась Первая мировая война: сменяются педагоги, а затем поменялась и власть. Музыкальная молодежь Харькова увлечена революцией, которая открыла ей дорогу. Молодые энтузиасты выступают на открытых эстрадных площадках, создают свои коллективы, сметают на свалку истории старое, которое кажется им ненужным. В одном из таких инструментальное трио участвовал и Дмитрий. В 15 лет он становится руководителем кружка народных инструментов в рабочем клубе — он и организатор, и автор, и исполнитель.

В 1923 году Дмитрий Клебанов поступает в музыкально-драматический институт сразу на второй курс. Такое решение принял известный профессор по классу композиции и теории музыки Семен Богатырев после прослушивания его произведений. К окончанию института в 1927 году Дмитрий Клебанов уже был автором двух струнных квартетов, фортепианного трио, нескольких небольших инструментальных пьес и песен. В это же время всемирно известный дирижер Герман Адлер организует в Харькове курс Meisterschule по дирижированию. В числе первых трех молодых дирижеров — Дмитрий Клебанов. Это была настоящая школа высочайшего мастерства.

С 1928 по 1929 гг. Дмитрий Клебанов работает альтистом Ленинградского театра оперы и балета имени С. М. Кирова с лучшими дирижерами того времен: О. Клемперером, Б. Вальтером, Е. Клебером и А. Коутсом, которые оставили неизгладимый след в его душе на всю жизнь. Он и сам был яркой музыкальной одаренностью с неутомимой жаждой знаний, широтой жизненных интересов, обладал художественной интуицией.

Вернувшись в Харьков, Дмитрий Клебанов работает дирижером в Театре музкомедии и в симфоническом оркестре Харьковского областного комитета радиовещания. С 1934 года начинает преподавать в Харьковском институте музыки и драмы, тогда же пишет музыку для театральных постановок и пробует свои силы в других жанрах. Первый большой успех принесла композитору постановка на сцене Большого театра балета для детей «Аистенок», в котором роль Кошечки танцевала совсем юная выпускница балетной школы Майя Плисецкая. В 1939 году — новый балет «Светлана», посвященный советской молодежи, с интернациональным уклоном — украинский гопак и белорусский крыжачок с татарским народным танцем на одной сцене. В 1940 г. следом за балетами был написан концерт для скрипки с оркестром — первое крупное инструментальное произведение.

Во время войны, в эвакуации, Дмитрий Клебанов пишет музыку для театра и кино, особенно значительна музыка к кинофильму Александра Довженко «Битва за нашу Советскую Украину», написанная в соавторстве с А. Штогаренко.

В 1945 году, вернувшись в освобожденный Харьков, он создает свою первую симфонию (программный заголовок «Бабий Яр»).

О трагедии евреев в Бабьем Яру Дмитрий Львович узнает, вернувшись из эвакуации, и решает воплотить ее в музыке. Уже после первых репетиций стало ясно, что путь на концертную эстраду для этой симфонии будет закрыт. Музыковед, профессор Ирма Золотовицкая (Фрумина), харьковчанка, живущая в Израиле, в своей статье, любезно предоставленной автором в нашу редакцию, пишет: «На генеральной репетиции, как это было заведено, присутствовали чиновники от музыки, представляющие всевозможные партийно-административные инстанции, в чьи функции входило «руководство репертуарной политикой» концертно-театральных организаций, а на самом деле это была попросту цензура. То, что они услышали, буквально ошеломило их своей дерзостью: тематический материал симфонии был пронизан характерными еврейскими интонациями, а апофезом скорбно-траурного финала стал вокализ (сопрано) в стиле синагогального пения, уж очень напоминающий кадиш — еврейскую заупокойную молитву. Разразился скандал. Мало того, что здесь просто звучал еврейский мелос, и это само по себе уже было неприемлимо, была еще одна причина, куда серьезнее, имевшая политический характер. Сама концепция этой симфонии полностью противоречила той официальной версии, согласно которой Бабий Яр был местом, где погибли советские люди (официально принятый эвфемизм). И никакого упоминания о том, что, в основном, это были евреи, и более того, что это был акт зверского уничтожения, геноцида евреев, а не просто погибли люди. Музыка же говорила об этом без слов. Разумеется, такое не прощалось…»

Дирижер, публицист и общественный музыкальный деятель Игорь Блажков в интервью Татьяне Фрумкис («ЕГ» от 17.07. 2012) рассказал подробности истории симфонии «Памяти мучеников Бабьего Яра», которые он узнал от учеников Дмитрия Львовича, Марка Карминского и Ильи Польского: «Еврей по происхождению, Клебанов вырос в русскоязычной, как сейчас говорят, семье, далекой от каких-либо, в частности, музыкальных иудейских традиций. Поэтому, стремясь к подлинности, он обратился за помощью к знатоку этих традиций, харьковскому композитору и хормейстеру Зиновию Заграничному. Заграничный снабдил Клебанова источниками, которые тот и использовал в своей работе, явившейся своего рода сплавом классического украинского симфонизма и еврейского интонационного материала. Здесь и народные песни, и древние синагогальные песнопения вплоть до времен царя Давида. К тому же, вся ткань произведения строится на основе так называемого еврейского лада «фрейгиш».

Прозвучала симфония «Бабий Яр» в январе 1946 года на концерте в Харьковской филармонии.В 1948 г. она была исполнена в Киеве под управлением известного дирижера Натана Рахлина.

А в 1949 г. композитор стал объектом бешеной травли. Поставленная в Украине на широкую ногу борьба с «безродными космополитами» началась в Киеве. Член правления Союза советских композиторов Украины Довженко, выступая 12 марта 1949 г. на общем собрании композиторов, музыковедов, работников музыкальных учебных заведений г. Киева с докладом «О состоянии и задачах музыкальной критики в свете решений XXVI съезда КП(б)У и публикаций газет «Правда» и «Культура и жизнь» об одной антипатриотической группе театральных критиков», заявил: «Имеются серьезные ошибки и в творчестве некоторых композиторов. Так, например, харьковский композитор Д. Клебанов написал проникнутую духом буржуазного национализма и космополитизма симфонию «Бабий Яр», которую он построил на староеврейских религиозных песнях. Ритуальные обряды древней Палестины, «Плач Израиля», синагогальные интонации — вот источники, которые вдохновляли Клебанова на создание этой антипатриотической симфонии».

Потом волна травли докатилась и до Харькова — там все эти акции имели еще более сокрушительный характер. В то время профессор, заведующий кафедрой композиции Харьковской консерватории и председатель Харьковского отделения Союза композиторов Украины Дмитрий Клебанов был смещен со всех своих постов. Симфония, посвященная мученикам Бабьего Яра, не была рекомендована к исполнению и пролежала «в столе» много лет.

50 лет Дмитрий Львович Клебанов отдал педагогике. Он был профессором кафедры композиции и инструментовки в Харьковском институте искусств, затем в течение ряда лет ее заведующим и воспитал не одно поколение композиторов, чьи имена заняли достойное место в современной музыке. Д. Клебанов внес значительный вклад в развитие украинской музыкальной культуры. Кроме балетов, написал пять симфоний, симфоническую поэму «На западе бой», два скрипичных концерта, Украинскую сюиту для оркестра, вокальные циклы на стихи Т. Шевченко и Г. Гейне, оперы — «Коммунист» (1967) и «Красные казаки» (1972). Он — автор учебных пособий по инструментовке, в т. ч., монографии «Искусство инструментовки» (Киев, 1972).

В период хрущевской оттепели, в 1966 г. Д. Л. Клебанова пригласили в состав жюри конкурса им. П. И. Чайковского в номинации скрипка, тогда председателем жюри был Давид Ойстрах. В 1967 году ему присвоено звание «Заслуженный деятель искусств УССР».

Ушел из жизни Дмитрий Львович Клебанов 5 июня 1987 года. В Харькове на доме №5 по улице Манизера (быв. Красина), где он жил с 1944 по 1986 год, была установлена в 1998 году мемориальная гранитная доска с бронзовым барельефом композитора, но очень скоро барельеф «исчез».

Дмитрий Львович Клебанов, автор Первой симфонии «Бабий Яр», ушел из жизни, так и не дождавшись её признания.

Премьера состоялась только через 45 лет после её написания — в 1990 году. В исполнении Государственного симфонического оркестра Украины под управлением Игоря Блажкова симфония прозвучала в концерте 29 сентября 1990 г. в Дни поминовения жертв Бабьего Яра. Затем — на выездном концерте в Житомире. После этого симфония Дмитрия Клебанова была записана в фонд Украинского радио. (Дмитрий Шостакович написал 13-ю симфонию «Бабий Яр» в 1962 году).


* * *

В Израиле в городе Йокнеаме живет внук композитора Сергей Клебанов, профессиональный скрипач с консерваторским образованием. Ему пришлось поменять профессию, но его младший сын Эрик, правнук композитора, постигает азы мастерства по папиным урокам.


ПАМЯТЬ И ПАМЯТНИКИ

СОЛДАТЫ УХОДЯТ В НЕБО

Это случилось 22 января 1995 года — первый двойной теракт в Израиле и один из особо тяжёлых. Тогда погибли 21 военнослужащий и один гражданский, были ранены 66 человек.

Вот как это было. В воскресенье, 22 января 1995 года, десятки солдат возвращались на военные базы из дома и ожидали тремпов у перекрестка Бейт Лид. Террорист-смертник, одетый в форму ЦАХАЛа, зашел в гущу солдат, и, спустя несколько минут, начал изображать резкое недомогание. После того, как несколько солдат склонились над ним, он привел в действие пояс-взрывчатку с 10 килограммами тротила.

Взрыв был такой силы, что его слышали за многие километры от перекрестка Бейт Лид.

Оставшиеся в живых быстро оправились от первого шока и принялись спасать раненых. Со всех сторон к автобусной остановке бросились солдаты и проезжавшие мимо гражданские лица.

Среди тех, кто устремился к раненым, был нагруженный взрывчаткой второй террорист. Врезавшись в толпу людей, он привел в действие второе, еще более мощное взрывное устройство. Промежуток между двумя взрывами составил не более трех минут.

То, что происходило в те минуты, невозможно передать. Истерзанные, неузнаваемые трупы, разбросанные куски человеческого полуобгоревшего мяса. Оторванные ноги, руки, головы… искореженные части оружия, носки, кусочки армейской одежды, ботинки, пластиковые коробочки с домашней едой…

22 человека (из них 21 солдат) были убиты и 66 ранены.

Памятник был создан художницей по стеклу и керамике Сарой Конфорти из Кфар Йона, и в 2006 году, через 11 лет, был воздвигнут в полукилометре к востоку от перекрестка.

Однако последствия террористической атаки могли быть еще более ужасными. На следующий день, перед приездом премьер-министра Ицхака Рабина на место теракта, был обнаружен еще один заряд взрывчатки, который должен был взорвать третий террорист-смертник, испугавшийся в последний момент.

Ответственность за террористический акт взяла на себя палестинская исламистская террористическая организация «Палестинский Исламский Джихад».

Израильская служба безопасности ШАБАК выполнила свое обещание жестоко отомстить за кровавый террористический акт. Все, кто имел хотя бы косвенное отношение к организации и проведению взрывов на перекрестке Бейт-Лид, были захвачены или уничтожены.

Все взрывные устройства террористов были изготовлены активистом ХАМАСа Ихие Аяшем. Он был ликвидирован в 1996 году. Ему оторвало голову, когда он взял в руки мобильник, начиненный пластиковой взрывчаткой.

Один из главарей «палестинского исламского джихада» Хаани Абед 2 ноября 1995 сел в свой автомобиль. Спустя несколько секунд сработало мощное взрывное устройство, спрятанное в его автомобиле.

В августе 1995 года был уничтожен 37-летний Махмуд аль-Хауваджа. Как обычно, он вышел из своего дома. Возле него остановилась машина с местными палестинскими номерами, из которой быстро выскочили несколько человек. Они произвели свыше десяти выстрелов в упор и скрылись в неизвестном направлении.

Главарь «палестиского исламского джихада» Фатхи Шкаки пытался спрятаться от возмездия вместе с женой и пятью детьми в Дамаске. Его охраняли сирийские спецслужбы и телохранители. На улицу он выходил с приклееной бородой, в парике и с фальшивым ливийским паспортом. Однако это не спасло его.

27 октября 1995 к гостинице на Мальте, где остановился Фатхи Шкаки под именем Ибрагим аль-Шаувиша, подъехал мотоцикл «Ямаха» голубого цвета. Двое парней оставили мотоцикл и переговарились между собой. Заметив появившегося на пороге гостиницы Фатхи Шкаки, один из парней вернулся к мотоциклу и завел мотор. Второй, молодой человек примерно 23-х лет, на глазах у десятков прохожих быстро приблизился к Фатхи Шкаки.

Окликнув Шкаки по имени, он молниеносно выхватил пистолет с глушителем и произвел пять выстрелов в голову. Три пули вошли в лоб, одна в шею, другая в висок. Затем ликвидаторы скрылись в неизвестном направлении.


За убийцами «исламского джихада» стоит Россия — теснейшие связи русских с «палестинскими» террористами не прерываются по сей день.

В понедельник, 16 января 2017, в министерстве иностранных дел России в Москве состоялась встреча главарей исламских террористических группировок, ведущих войну против Израиля, с главой МИД РФ Сергеем Лавровым.

Среди «палестинских» убийц, тепло принятых в Москве, были и главари «палестинского исламского джихада», осуществившего массовое убийство в Бейт Лид.

Министр иностранных дел РФ Сергей Лавров, выступивший на московской сходке «палестинских» головорезов, обратился к своим подельникам :

«Уважаемые гости, дорогие друзья, мы рады приветствовать на встрече в Москве представителей большинства, если не всех, отрядов наших палестинских коллег.»...

http://shaon.livejournal.com


ЕВРЕЙСКИЕ СКАЗКИ ГАНСА ХРИСТИАНА АНДЕРСЕНА

Однажды Ханс Кристиан Андерсен, будучи уже известным писателем, был в Венеции и решил посетить район еврейского гетто. Он зашел вместе с другом в гости к еврейской семье, увидел на столе Танах, открыл книгу и, к удивлению хозяев дома, легко прочитал первые строки на иврите.


В своем творчестве Андерсен нередко обращался к еврейской тематике, часто в его сказках фигурирует девочка по имени Сарра, правда эти сказки обычно с грустным концом. Откуда Андерсен знал иврит, и кто была девочка Сарра?

Вот и ответ: Ханс Кристиан Андерсен учился в еврейской школе, а подружку его юных лет звали Сарра Хейман. Как так получилось? Андерсен рос в очень бедной семье, и когда в школе для неимущих для Ханса не нашлось места, она отвела его к господину Федеру Карстенсу и тот принял мальчика в свою школу. Факт известный всем биографам. Только очень немногие из них пишут, что господин Карстенс был еврей, и его школа была еврейская.

И проверить это несложно. Андерсен любил вести дневники, коих у него накопилось 12 томов. Вот там это все и описано.

Его сказки о евреях никогда не переводились на русский язык, также нет в его «русскоязычной» биографии факта, что в 14 лет, в Дании, будущий писатель пережил еврейский погром. Он только что приехал в Копенгаген — один в чужом городе. Вот его запись в дневнике:

«Вечером, накануне моего приезда, произошла тут еврейская свара, которая распространилась на многие европейские страны. В городе беспорядки, улицы полны народу. Шум, паника, переполох — это было много сильнее моего воображения, моего представления той поры о характере большого города».

Тогда ему запомнились факельные шествия, преследования евреев, как жгли книги, выбивали витрины. И этому был свидетелем подросток Андерсен. Кстати, больше в Дании евреев не преследовали аж до середины 20 века, когда Европой правили нацисты, но этот погром будущий автор «Гадкого утенка» запомнил на всю жизнь.

Странный мечтательный мальчик не умел находить себе друзей, и Карстенс, директор еврейской школы, заметив это, часто занимался с ним отдельно, беседовал с ним и брал на прогулки вместе со своими сыновьями. Андерсен очень дорожил симпатией к нему Карстенса, в которой так нуждался. И в зрелые годы Андерсен не забывал своего учителя. Став знаменитым, он продолжал писать ему письма, посылал свои книги и навещал.

Из отдельных отрывков его сочинений видно, что Андерсен разбирался в еврейских обычаях, знал законы иудейской религии.

Симпатия к евреям прорывается нередко. В 1866 году Андерсен побывал в Амстердаме. Он приходит на симфонический концерт и записывает потом в дневнике:

«Там была элегантная публика, но я с грустью отметил, что не вижу тут сыновей народа, давшего нам Мендельсона, Ха-Леви и Мейербера, чьи блестящие музыкальные сочинения мы слушаем сегодня. Я не встретил в зале ни одного еврея. Когда же я высказал свое недоумение по этому поводу, то, к своему стыду — о, если бы мои уши обманули меня! — услыхал в ответ, что для евреев вход сюда воспрещен. У меня осталось тяжелое впечатление об унижении человека человеком, об ужасающей несправедливости, царящей в обществе, религии и искусстве».

И в дальнейшим писатель дружил со многими еврейскими семьями, и евреи часто помогали ему. Например, семья Коллинов помогла юному драматургу получить образование в Копенгагене, добилась для него королевской стипендии для учебы в Латинской школе, брала на себя многочисленные хлопоты и расходы по устройству его быта. Без совета и помощи строгого, но заботливого господина Эдварда Коллина, Ханс Кристиан многие годы не принимал ни одного решения.

В конце жизни писатель сблизился с еще одним еврейским семейством Мелхиор. В этом доме он провел последние годы жизни и здесь скончался.

Из автобиографии Андерсена:

«В день моего рождения, 2 апреля (год 1866, ему уже 61 год), моя комната украшена цветами, картинами, книгами. Звучит музыка и звучат приветствия в мою честь. Я в доме моих друзей — семьи Мелхиор. На улице светит весеннее солнце, и такое же тепло я чувствую в своем сердце. Я осмысливаю прошедшее и понимаю, как велико счастье, которого я удостоился».

Почти до конца жизни, даже когда Андерсен был уже болен, он писал свой дневник. А когда не смог писать, то принялся диктовать, а записывали хозяйка дома, Доротея Мелхиор, или две ее дочери. В последнюю неделю жизни, с 28 июля по 4 августа 1875 года, он уже диктовать не мог.

Осталась запись самой Доротеи Мелхиор:

«Среда. 4 августа. Андерсен весь день дремлет, у него температура. Ночью он кашлял… У него не было сил поставить чашку с остатками каши на место, и каша вылилась на одеяло. Вчера, после ухода доктора Мейера, Ханс Кристиан сказал мне: „Доктор собирается вернуться вечером — это дурная примета“. Я ему напомнила, что доктор приходит к нему уже две недели подряд два раза в день, утром и вечером. Мои слова успокоили его. И вот свет погас. Смерть — как нежный поцелуй! В 11 часов 5 минут наш дорогой друг вздохнул в последний раз…»


В МИРЕ КНИГ


Подорож: Іда Фінк; переклад з пол. Наталки Римської. – Львів: Видавництво Старого Лева, 2017 — 256 с.

Ця історія могла би бути документальною, але чи є вона такою, чи ні — це нічого неміняє для книги Іди Фінк. Ідеться тут про типову єврейську подорож на межі життя і смерті — подорож позачасову, але водночас детально конкретизовану в добі Другої світової. Проте ця типовість — моторошна, бо подано її засобами підкресленоспокійного «постмонологу» однієї з дівчат — сестер, котрі переживши карколомні й виснажливі перипетії арештів, примусових робіт, маскувань, переслідувань і втеч у нацистській Німеччині, все-таки витримали і вижили.

Авторка практично не роздає оцінок персонажам, які вигульвують на сторінках книги й у долі головних героїнь, — млинове колесо доволі ще свіжої історії робить це замість неї. Оберт за обертом, сторінка за сторінкою.

У Середні віки цей твір могли би назвати комедією: тривожні початок і перебіг подій — але все-таки щасливе закінчення. Та чомусь, від такого «happy–end-y» стискає горло і заволожуються очі…


Про автора: Іда Фінк (1921 — 2011) народилася у Збаражі в освіченій єврейській родині: батько був лікарем, мати — вчителькою. Вивчала музику в Консерваторії Польського Музичного Товариства у Львові. Після нацистської окупації разом з батьками та сестрою опининилася у збаразьмому гетто. 1942 року зі сестрою втекла з гетто і до кінця війни переховувалася.

По завершенню Другої світової війни мешкала в Польщі. 1957 року емігрувала до Ізраїлю. Була членом Спілки Польськомовних Авторів Ізраїлю. У своїй творчості займалася передовсім темою Голокосту. ЇЇ твори перекладено англійською, французською, івритом, німецькою, данською, норвезькою, італійською та ін.

Творчість Іди Фінк відзначена багатьма нагородами: голандською Літературною нагородою ім. Анни Франк (1885), Нагородою Яд Вашем (1995), Спеціальною нагородою Польського Пен-Клубу (2003), Нагородою Ізраілю в галузі літератури (2008).

Щиро дякуємо Наталці Римській за презентовану музею книжку.



Господи, Ти відкриєш уста мої… Йосиф Зісельс у розмовах з Ізою Хруслінською. К.: ДУХ І ЛІТЕРА, 2017 — 392 с., 24 с.іл.

Йосиф Зісельс — громадський діяч, співпрезидент Асоціації єврейських організацій та общин (Ваад) України, Голова Генеральної ради Євроазіатського єврейського конгресу, виконавчий віце-президент Конгресу національних громад України. В радянські часи — учасник дисиденського та правозахисного руху, член Української Гельсінської групи, політвязень.

У бесідах із відомою польською журналісткою Ізою Хруслінською Йосиф Зісельс розповідає про свій життєвий шлях, боротьбу за права людини в СРСР, відновлення єврейських общин у незалежній Україні, українсько-єврейські взаємини, проблеми новітньої історії та сучасної політики.



ЧОРНА ЗЕМЛЯ. Голокост як історія і застереження: Тімоті Снайдер. – К: ТОВ «АРТ КНИГА», 2017 — 395 с.

Грунтове дослідження історика Тімоті Снайдера, що вже встигло стати світовим бестселером, пропонує новий погляд на великий злочин ХХ століття й водночас розкриває ризики, з якими ми стикаємося в ХХI столітті. На основі нових джерел зі Східної Європи і забутих свідчень вцілілих, «Чорна земля» визначає Голокост як подію, яка є нам ближчою і зрозумілішою, ніж здається на перший погляд — і від того ще страшнішою. Голокост постав в уяві Гітлера як стратегія відновлення балансу на планеті та отримання необхідних німцям ресурсів через ліквідацію євреїв. Такий сценарій можна було реалізувати лише у випадку повного знищення Німеччиною інших держав. Тому мета Гітлера полягала у веденні колоніальної війни в самій Європі. У зонах бездержавності майже всі євреї загинули. Переосмислюючи уроки Голокосту, автор «Чорної землі» підсумовує: ми не зрозуміли сучасність і поставили під загрозу майбутнє. На початку нового століття доводиться оглядатися на початок минулого: боротьба за ресурси, продовольча криза супроводжуються ідеологічними викликами світового порядку. Тож Голокост — це не лише історія, але й застережпення.



Воспоминания военного хирурга: Бениамин Спивак. — Х: Издательство «Права человека», 2017. — 204 с., фотоилл.

«… это было моим неукоснительным правилом: при бомбежках и обстрелах никогда не оставлять больного на операционном столе и пытаться в силу возможного защитить его от повторного ранения». Б.А. Спивак.

Б. Спивак (1920 — 2015) прошел войну военным хирургом. Автор подарил нынешнему и будущим поколениям правдивый, сердцем и совестью продиктованный автобиографический рассказ о великой войне против нацизма и последующим служении своём и коллег в армии и в мирной жизни. Это исповедь не стороннего человека, а непосредственного участника. Он был верен людям и своей профессии врача, которую пронес, как знамя, через всю свою жизнь. Его книга — яркая страница великой энциклопедии военного поколения и его последующего служения людям в мирные дни.



Народ Книги в мире книг: Еврейское книжное обозрение / Гл. ред. А.Френкель. СПб. 2016, 2017

Литературно-критический и библиографический журнал, посвященный еврейскому книгоизданию в постсоветских странах, публикует рецензии, обзоры, справочную информацию.

Благодарим главного редактора за переданные в музей 5 последних выпусков журнала.


МАЛОВІДОМА СТОРІНКА З МИНУЛОГО КРАСНОГРАДЩИНИ

Масове знищення фашистською Німеччиною євреїв стало одним з найстрашніших уроків історії країни. Така трагічна сторінка є в минулому й нашого краю. У липні 1942 року було розстріляно 260 красноградців цієї національності. Востаннє побачили цей світ вони у Коваленківському лісі села Наталине. Саме там у 1967 було встановлено обеліск загиблим, які завинили лише тим, що народилися від матері-єврейки.

Цього літа виповнюється 75 років від тієї страшної трагедії. Про відзначення цієї дати і йшлося під час зустрічі Красноградського міського голови Володимира Максима та голови обласного комітету «Дробицький яр» Леоніда Леонідова. Вони обговорили основні моменти співпраці та вирішили приурочити проведення заходів із вшанування померлих у Коваленківському лісі до річниці визволення району від німецько-фашистських загарбників.

Наталия Силина, зав.сектором культуры,
Леонид Леонидов, председатель Областного комитета «Дробицкий Яр»,
Виолетта Боровская, председатель Наталинского сельсовета на месте расстрела евреев Краснограда

Користуючись нагодою, Леонід Леонідов поспілкувався із дітьми та онуками розстріляних у липні 42-го, зокрема, і з депутаткою міської ради семи скликань Ганною Затерман.

Довідково: Харківський обласний комітет «Дробицький Яр» — громадська організація, яка діє з 1988 року. Офіційно зареєстрована, коли вийшов Закон про громадські організації, 9 серпня 1991 року (реєстр. Свід. №14).

Комітет «Дробицький Яр» об’єднує зусилля всіх людей і організацій щодо увічнення пам’яті жертв нацизму на території Харкова і Харківської області в 1941-1943 рр.

Сайт Красноградської міськради


От редакции: Картина трагедии евреев Краснограда вырисовывается из ряда документов, собранных Харьковским музеем Холокоста. Это и Акт комиссии по восстановлению зверств, причиненных еврейскому населению Краснограда от 25 декабря 1943 года (Государственный архив Харьковской области), воспоминания родственников, соседей, и дела предателей (из архива СБУ по Харьковской области). Восстановлена часть фамилий расстрелянных, подробности обращения с евреями в оккупированном Краснограде, поведение полицейских. К сожалению, пока не удалось восстановить все фамилии.

Памятник в Наталино был установлен на средства родственников. Начало положил гипнотизер Любимов (сценическая фамилия) в память о расстрелянной в Наталино маме, сдав все деньги, вырученные от концерта, остальное собрали красноградцы.

За памятником ухаживают, но постепенно он разрушается и в настоящее время требует обновления. На мемориальной доске до сих пор надпись советских времен, когда на местах расстрелов евреев о них и не упоминалось.

Как ни странно, родственники расстрелянных не хотят менять эту надпись (по разным причинам).

Лариса Воловик


ХАРЬКОВСКИЙ МУЗЕЙ ХОЛОКОСТА БЛАГОДАРИТ
ЗА ФИНАНСОВУЮ ПОДДЕРЖКУ ПРОГРАММ МУЗЕЯ


Леонида Шевченко, (Харьков)

 

 

Учредитель:
Харьковский областной
комитет «Дробицкий Яр
»
Издатель:
Харьковский музей Холокоста
Главный редактор
Лариса ВОЛОВИК

Тел. (057) 700-49-90
Тел./факс: (057) 7140-959
Подписной индекс 21785
При перепечатке ссылка на
«Дайджест Е» обязательна
http://holocaustmuseum.kharkov.ua
E-mail: kharkovholocaustmuseum@gmail.com

Газета выходит при финансовой поддержке
Благотворительного Фонда ДАР